— Ин, спасибо тебе огромное! Я так благодарна. Если честно, думала долго буду искать место. Ведь сейчас в стране кризис. Так что…
— Вер, не ерунди. Мы с детства вместе. Мне было не сложно тебя пристроить. А то что кризис. Когда в нашей стране не кризис? — смеётся подруга. В детстве Инка всегда была хохотушкой, а я серьезной. В итоге и жизнь у неё складывалась играючи, в отличие от моей. Видимо мне стоит у неё поучиться легкости.
— Ты лучше скажи, — продолжает подруга, — всё нормально прошло? Михалыч не мучил тебя? Он у нас мужик строгий!
— Ин, он меня сначала за проститутку принял, — решаю я все-таки поделиться с подругой. Всё же это меня очень задело.
— Тебя? Как? Ты же сама святая невинность!
— Так получилось, что помимо меня он ждал девочку легкого поведения для…, - не знаю как правильно подобрать слова.
— Не стесняйся. Для Главы. Это вся администрация знает, — спокойно заявляет Инка и начинает смеяться. — Ты бы видела своё лицо! Вер, не переживай. Владимир Николаевич у нас на самом деле нормальный мужик. Но вот любитель вот таких вот игрищ. Что поделаешь? Бывший бандит, привык он к богатым развлечениям.
— Бандит! — охаю я.
— Да. Но это всё в прошлом. Сейчас он много чего для города делает. Так что мы сотрудники закрываем на это глаза. И ты привыкнешь.
— Наверное, — сомневаюсь я. — А он женат?
— Почему интересуешься? Хочешь мужика охомутать? — хитро улыбается подруга.
— Нет конечно. Тем более я ещё даже не развелась. Просто если он жене изменяет…
— Вер, он женат. Но не вздумай осуждать его. Думаю, супружницу там всё устраивает. Она же ни дня не работала. У неё даже домработница есть! Представляешь! Так что не переживай за неё. Лучше расскажи про своего супруга.
— Да что рассказывать, — обхватываю руками горячую чашку с чаем и утыкаюсь в неё взглядом. — Завёл вторую семью. Ещё одного сына родил. Богданом назвали. Любовница пришла ко мне домой и заявила, чтобы я от мужа отказалась.
— А ты и рада стараться! Надо было бороться! — злиться подруга.
— Ин, за что бороться-то? Она оказывается нашу семью целый год содержала. Игорь уже больше года, как работу потерял. Это так унизительно. Да и не смогу я с ним жить после предательства. Как отрезало. Ни любви, ни ненависти. Ничего к нему не чувствую, будто и не было его в моей жизни.
— Раз так, тогда всё правильно сделала. А сыновей и без него вырастишь. Если что надо обращайся, помогу. Сами-то мы с Лешкой только Катюшку родили. Больше Бог не дал.
— Ин, может ещё получиться? — стараюсь поддержать подругу, беря её за руку, увешанную золотыми кольцами. Не думала, что у моей подруги-хохотушки могут быть какие-то проблемы. Глядя на неё кажется, что в её жизни всегда всё прекрасно.
— Может и получиться. Но ты все-равно обращайся. Мы с Лешкой всегда тебе поможем.
— Конечно. Как там Алексей.
— Ой, он у меня золото! Ты его сейчас и не узнаешь. Растолстел на моих харчах, — светиться от счастья подруга. — А помнишь, как за тобой бегал?
— Помню, — улыбаюсь, вспоминая школьные годы.
— Я тогда так ревновала.
— Не знала. Почему не рассказывала? Не поделилась?
— А что тут скажешь. Нравилась ты ему. Хотя и шанса не давала. А когда ты выскочила замуж, тут-то он и заметил меня. Вернее, я заставила заметить. Пришла на встречу одноклассников вся такая расфуфыренная, юбка покороче, декольте поглубже. Челка колом. Ночь мы провели вместе. С тех пор и не разлучаемся.
— Ин, я очень за вас рада. Честно.
— Знаю, Вер. И я рада, что ты вернулась. И мне жаль, что с Игорем у вас не сложилось.
— Спасибо, Ин, — тихо отвечаю я. Как приятно осознавать, что ты не забыта. Что тебя до сих пор ценят и любят. Даже сквозь года.
5.
Следующее утро начинается с непривычной суматохи. Я словно в лихорадке собираю своих сыновей в школу, параллельно пытаюсь собраться сама. Сегодня первый рабочий день за все мои тридцать три года. Поджилки трясутся так, что из рук всё валится. То рубашку наизнанку надела, то соль вместо сахара в чай добавила, а мальчишек вообще забыла разбудить. Хорошо, что мама позаботилась об этом. Но несмотря на промахи я пытаюсь настроиться на нужный лад и собираться дальше.
— Мам, — подсаживаются ко мне мальчишки за стол, пока я завтракаю молочной геркулесовой кашей, сваренной ранним утром заботливой мамой.
— Да, Саш, — отвечаю с набитым ртом вопреки моим же советам не разговаривать во время еды.
— А когда мы папу увидим? — посмотрел на меня жалостливо Павлик. — Когда он приедет?
Я теряюсь. Мой рот так и застыл, наполненный тягучей кашей. Нежный сладкий вкус вдруг резко превратился в пресный.
Вот что им ответить? Несмотря на поступок Игоря, я не хочу его порочить в глазах сыновей. Пусть он остаётся для них любимым папой. Я с трудом проглатываю овсянку и пытаюсь подобрать слова.
— Мальчики, я пока не знаю, когда вы сможете встретиться с папой. Его с работы не отпускают. Но как всё разрешится, так он сразу и приедет, — бесстыдно вру сыновьям. Надеюсь, это ложь во благо. Пашка вздыхает, а Сашка недоверчиво продолжает на меня смотреть. Вырос парень, понимает, что я что-то недоговариваю.
