Мы расположились в крошечном закутке без окон площадью в четыре квадратных метра. Думаю, в оригинале задумывалась эта, с позволения сказать, комната как хозяйственное помещение, но впоследствии сделалась частью библиотечной территории, а точнее кабинетом заведующей. Здесь имелся стол, компьютер, создающие колорит канцелярские примочки и два стула — невеликое богатство.
Люся откинулась на спинку и, сбросив туфли, вытянула ноги.
— Так и не решила, куда отправишься?
— С моей зарплатой только дома с диваном не расставаться, — с серьезным лицом пошутила она. — В реальности поеду попугаю Прагу, а то мало ж местные «руссо туристо» видали, надо побольше им показать непотребностей и милых глупостей.
— Это отечественный отдыхающий умеет. Прямо и не поспоришь.
— И будет мне стыдно, и буду я бороться с собой, ибо когда разумею я суть отдыха истинного, совершу паломничество в лоно праведного туризма — в Турцию.
— Воровать, бухать и жрать?
— Вер, ты ж книжки пишешь. — Люся прекратила созерцать потолок и переключилась на меня. — Могла бы и подыграть.
— Ты смеешься, а мне лично порой провалиться охота. Последний раз было такое желание перед очаровательной пожилой финкой — менеджером семейной сауны, когда трое здоровых мужиков с пивом уселись в детском бассейне и ржали как кони. Там мелко совсем, детки плавают, а они, извиняюсь, там свои яйца отмачивали. И я ведь с ними на одном языке говорю!
— Оп-па-па, — Люся наставила на меня вилку, словно рапиру. — Не заводись. Их тут нет, убивать некого. У одних отдых — это интеллектуальное насыщение, у других — смена деятельности, у третьих — что называется, расслабон.
— Мудозвонство это.
Люсинда заулыбалась моей не слишком благозвучной характеристике.
— Ах, оставим эту тему. Я тут на серию семинаров по трудным подросткам записалась.
— Директор добро дал?
— Дал. Долго пришлось распинаться, но все-таки за счет заведения гуляю.
— Здорово. — Я отправила в рот очередную порцию салата и прожевала, раздумывая над возникшей внезапно удачной возможностью.
— Может, и не здорово. Со мной трое предметников идут. Я надеялась сольно отыграть.
— Только по определенной возрастной категории будет? — начинать опасно личные темы со школьными обитателями я бы никогда не стала, даже если прижмет.
Сейчас появился реальный шанс получить интересующие меня сведения, не навлекая на себя сплетни или несуразные подозрения.
— Ага, — Люся пожала плечами и умолкла, наслаждаясь своим кофе.
Облегчать мне жизнь судьба явно не собиралась.
— Может, тоже сходить. Хоть придумаю, как сладкую пару Кох-Васнецов усмирить, — тихо проговорила я.
Расчет оправдался, и тема вновь оказалась поднята.
— Да ну их. Обычные ребята. Заводилы. Без них все три десятых уснут.
— Не уснут. Неделя осталась.
— Неделя до свободы, — мечтательно заулыбалась Люся.
— Они зубы заговаривать научились раньше, чем ходить. Причем оба.
— Не кипятись, — снова повторила жест с вилкой моя собеседница.
— Я совершенно спокойна.
— Продолжай в том же ключе.
После этой ее реплики наступила небольшая и запланированная мной пауза.
— Люся.
— М?
Мое лицо приняло выражение «и тут гения осенило». Не знаю насчет своего актерского таланта, зато знаю, что я очень старалась.
— А во сколько дети начинают говорить?
— Смотря что понимать под словом «говорить». Подражать речи начинают на первом году жизни. К концу второго употребляет двухсловные предложения. Но это все индивидуально абсолютно, всегда оценивают нервно-психическое развитие ребенка в целом: моторное развитие, сенсорное, умственное, поведение, навыки, игровая деятельность.
— А если что не так? Что с ребенком делать?
— Впервые задумалась о такой вероятности, да? — понимающе взглянула Люся на меня. Похоже, судьба все-таки решила облегчить жизнь своей испытуемой. — Я тоже, когда столкнулась с подобной мыслью, как в пропасть взглянула. Если что не так, тогда ситуация вовсе индивидуальная сложится… А не сменить ли нам тему?
У меня вышло улыбнуться довольно беспечно.
Стоит ли упоминать, что сразу же после окончания чаепития я занялась поисками описания развития детей по возрастам. На этот раз находки вышли куда как интереснее и подробнее. Во-первых, обнаружила чудесный центр абилитации и развития и негосударственный благотворительный фонд, почитала отзывы, рекомендации. Во-вторых, наконец конкретнее изучила, с какими вопросами приставать к Тёмке во время следующего свидания. Что это самое свидание может не состояться, мне даже в голову не приходило.
Существовала мизерная вероятность, что Карина, несмотря на отсутствие важных данных о Хуане и его отпрыске, права, и во мне банально видят безотказную няньку. Однако положа руку на сердце, признаюсь, мне было наплевать. Тём неожиданно оказался тем азартом, тем вызовом, который не дает разуму успокоиться, не дает заняться поисками другой головоломки, пока не решена текущая. Это не малец был бонусом к шикарному папе, это батя интуитивно воспринимался как бонус к загадочному разуму мальчишки.
