Веранда в лесу полностью

В о з н е с е н с к и й. Не думайте о женщинах, нам надо совещаться. Весь вечер лишь о женщинах говорите!

Ч и м е н д я е в. Они охотятся за мной, как звери!

В о з н е с е н с к и й. Позвольте вам не поверить.

Ч и м е н д я е в. Клянусь! Как только развелся. Как львы!

В о з н е с е н с к и й. Что они в вас находят?

Ч и м е н д я е в. Я очень богат.

В о з н е с е н с к и й. Сколько у вас денег?

Ч и м е н д я е в. Не скажу. Много. Жена обманывала меня.

В о з н е с е н с к и й. Это нарочно придумали, чтобы бросить ее.

Ч и м е н д я е в. Разыгрываете, а все серьезно, я долго не имел возможности жениться. Когда разрешили, так сказать, то поспешил. (Садится.) Мы вот, значит, на чем остановились. Понюхали Баренцево море, сделали полтора выхода и накрылись, лежали в госпитале. Потом вы перешли на гражданку, плыли Северным морским путем. Вам сколько было?

В о з н е с е н с к и й. Двадцать три. Перегоняли сейнер, застряли в Певеке, я улетел на материк. Той же зимой сыграл Гамлета в любительском спектакле, был вознесен, покинул флот.

Ч и м е н д я е в. Вы, извините, по происхождению кто?

В о з н е с е н с к и й. Извините, я по происхождению дворянин. (Встает вдруг.)

Ч и м е н д я е в. О! Я это чувствовал по вашей выправке!

Из тьмы вышла  С в и т и ч. Ей за тридцать.

Здравствуйте! Разбудили, просим прощения. Есть такой анекдот, старый. Ночью на Арбате пьяный спрашивает: «Где тут ближайший ночной ресторан?» А прохожий отвечает: «В Хельсинки!» Словом, все уже закрыто, а у нас бо-ольшой разговор.

С в и т и ч. Сейчас помогу. (Уходит.)

Ч и м е н д я е в. Красивая! Замечательно красивая женщина!

В о з н е с е н с к и й. Она не женщина.

Ч и м е н д я е в (шепотом). А почему?

В о з н е с е н с к и й. Объясняю: друг и товарищ. Запомнили?

Ч и м е н д я е в. Запомнил: друг и товарищ.

В о з н е с е н с к и й. Мне кажется, у вас кружится голова. Дышите носом, пожалуйста. Я хочу, чтобы вы ей понравились, она художник. Актрисы мечтают, чтобы одевала. Портниха плюс техничка, то есть уборщица.

Ч и м е н д я е в. Техничка у вас, что ли?

В о з н е с е н с к и й. На стороне где-то, по утрам. Дышите, дышите! Про техничку вы у нее не спрашивайте.

Ч и м е н д я е в. Ни гугу!

В о з н е с е н с к и й. Еще подышите. Двое мальчишек у нее, мать, а жила на Сахалине, по соседству с вами.

Ч и м е н д я е в. Что вы говорите!

В о з н е с е н с к и й. Да, преподавала фортепьяно в училище. Пять лет назад тетка-генеральша прописала их всех в Москве. Мне кажется, если будете так дышать, все скоро пройдет. (Приносит стул.) Садитесь, прошу вас. Я не говорю, что мой директор полностью неприемлем, но вот пример. Ставлю сейчас испанского драматурга. Ситуация тревожная, все ждут провала, а он распространяет панические слухи. По-моему, нехорошо. Но он еще не худший из двух подвидов.

Ч и м е н д я е в. Два подвида? Два? (Хохочет.) А в Испании были?

В о з н е с е н с к и й. Через четыре года поеду.

Ч и м е н д я е в. Простите, виноват, что будет через четыре года?

В о з н е с е н с к и й. Футбольный чемпионат. Это потрясает!

Ч и м е н д я е в. И меня! Вас что именно потрясает?

В о з н е с е н с к и й. Страсть, характеры, игра, государственное достоинство — и смотрит весь мир. Я бы хотел поставить такой спектакль.

Ч и м е н д я е в. Жалуетесь?

В о з н е с е н с к и й. Нет, нет, не жалуюсь.

Ч и м е н д я е в. У вас очереди в кассу!

В о з н е с е н с к и й. Это отчасти ритмы. Знаете, я не люблю разговоров о профессии, но вам скажу. Да, это ритмы. Давнее увлечение. Островского с двумя оркестрами ставил — в зале и на сцене. Мне это нравится и умею, по-видимому, но вот смешно: эксплуатирую ритмы, а тайны их не постиг.

Ч и м е н д я е в. Обожаю вас! Современный человек!

Входит  С в и т и ч. Накрывает стол. Все постепенно садятся.

В о з н е с е н с к и й. Знакомься, Лариса. Николай Прокопьевич Чимендяев. Крутим роман три года. Умоляю стать директором.

С в и т и ч. Вы театральный работник?

Ч и м е н д я е в. Я строитель. Четыре года у нас роман.

В о з н е с е н с к и й. Да! Четыре года назад снимался на Севере. Этот человек дал обед в мою честь на побережье у рыбаков.

Ч и м е н д я е в. Я был там рабочим, прорабом, руководил трестом, группой трестов. Простите за саморекламу, я там являюсь заместителем председателя горисполкома и ведаю строительством. Жизнь складывалась счастливо, уезжать грустно, а Москва уже тянет. (Декламирует.) «Москва, Москва, как много в этом звуке…» Хочу в Москву, хоть умри! Кооперативную квартиру заранее выстроил в соответствии с льготами, машина есть, деньги в сберкассе, в этом смысле ничего не нужно! Сначала решил, уеду в сорок пять, но наградили орденом, неловко проситься, неудобно, решил переждать два года, но дали Госпремию — и еще решил обождать года два. (Встает. Вознесенскому.) За вашу супругу, за талант. Привет ей, завтра улечу. Нет, не могу, перепущу. (К Свитич.) Позвольте мне…