Молчишь, как вчера! (Улыбнулся.) Была ух какой храброй!
С в и т и ч (молчит. Громко, строго). Николай Прокопьевич!
Чимендяев входит, останавливается. Закрыт и недоверчив.
(Встает. Спокойно.) Мы едем в загс?
Вознесенский уходит.
Ч и м е н д я е в. Здесь ради нас стол накрыт. Это ничего?
С в и т и ч. Здесь без нас разберутся. (Изучает его.) Ну хорошо, ухожу одна. Мне тут опротивело все.
Ч и м е н д я е в (спокойно). Скажи им, что едем в загс.
С в и т и ч уходит. Чимендяев садится, закрывает лицо руками. В небе появляется голая, неподвижная луна. Входит О к у н е в, смотрит на луну.
Ч и м е н д я е в. До показа труппе у нас два часа.
О к у н е в. Терпите. Я пять лет терпел.
Ч и м е н д я е в. Четыре с половиной года. Год вы устанавливали.
В небе плывет облачко.
О к у н е в (следит за облачком). Помните, сколько просили за установку регулятора? Двенадцать тысяч. Ну, вот мы установили сами. Вы как нарочно выписали нам премию ровно по двенадцать рублей.
Ч и м е н д я е в. Больше не мог! Больше не мог!
Плывут облака. Чимендяев встает, следит.
О к у н е в. Пообедать не желаете? В буфете борщ.
Ч и м е н д я е в. Потом уж, когда покажем. (Молчит.) Ночью заново перечитывал Татищева. Делая сегодняшнее, беспрестанно думал о будущем державы, за это его снимали с работы. Боролся со взяточничеством, лихоимством и казнокрадством, за это брали под арест, усылали в ссылку. Татищев Василий Никитич был истинно русским! До конца держался. (Молчит.) На той неделе посетил в больнице Певцова, у Певцова такие мысли, что из больницы уже не выпустят. (Молчит.) В октябре Певцов уговорил Олега Олеговича вернуть всех детей Палютиной и ликовал, а в ноябре Олег Олегович спрашивает меня: думала ли Палютина о своих детях? Тогда почему бы не задаться вопросом: дышала ли эта женщина кислородом? И у Татищева были дети!
Входит С в и т и ч, в рабочем халате, стоит. О к у н е в уходит.
Вознесенского жду. Анна встречает во Внукове. Я ухожу из театра с ощущением бессмысленно прожитых лет, и уходить не хочется. Я ведь понимаю, что мне уже поздно что-то еще разочек начать заново. Чувствую себя стариком. Это катастрофа.
С в и т и ч. Ты обиделся.
Ч и м е н д я е в. Конечно, к идолам нельзя прикасаться. Он дружить не умеет, перешагивает, великий эгоист. Но художник и должен быть эгоистом, иначе растащат. Утром вышел от врача, иду по Басманной, грудь распирает от счастья, что живу в Москве. Не хочется умирать!
Свитич смотрит на него. Коротко звучит та же музыка.
(Спокойно послушал.) Недавно оказался случайно на Садовнической, теперь Полины Осипенко, там моя школа была. Ох, Лариса, какое это было время. Может, потому так тянуло вернуться. Хотелось какой-то особой радости, а в космонавты уже поздновато было.
С в и т и ч. Это верно, искал радости. Пришел в театр как зритель. Зрителю нельзя показывать, что внутри. У вас идеальные отношения. Ты его любишь и бережешь, он тебя любит и стыдится.
Ч и м е н д я е в (спокойно). Не понимаешь. Унижался, заискивал, на брюхе ползал, не стыжусь, нет, я быстро понял странность и слабость моего положения в этом творческом организме. Не было ничего легче, пойти на открытый конфликт, куда-то написать, позвонить, но я же служить пришел, зачем? Я не верю в него больше, а значит, и служить не могу. Не сумею.
Быстро входит В о з н е с е н с к и й. В глубине — Ч у д а к о в а.
В о з н е с е н с к и й. Здравствуйте. Я с самолета.
Ч и м е н д я е в (идет, жмет руку Вознесенскому). Как в Одессе?
В о з н е с е н с к и й. Погода?
Ч и м е н д я е в. Снабжение.
В о з н е с е н с к и й (смеется). Прилетел и получил ваше письмо. Видите, ваша любимица пришла и тоже ничего не понимает.
Чудакова закуривает, садится в стороне.
Куда его переманили, Лариса?
С в и т и ч. В Большой академический. Генеральным.
В о з н е с е н с к и й. Почему шутки?
С в и т и ч. Я сам вопрос воспринимаю как шутку. (Уходит.)
Ч и м е н д я е в. Заболел я. Болезнь можно притормозить.
В о з н е с е н с к и й. И я! И я болен. Вы лишь на месяц старше. Если не врете и нужно полечиться — лечитесь. Мы уйдем вместе. Поработаем еще лет пять-семь и уйдем. Я без вас работать не хочу, Николай Прокопьевич. О болезнях, уходах поговорим, когда вернусь из-за рубежа.
Ч и м е н д я е в (негромко). Я ухожу, но я против.
В о з н е с е н с к и й. Против чего?
Ч и м е н д я е в. Против поездки в Югославию.
