Веранда в лесу полностью

В а л е р к а. Очень хочу! Большое спасибо! Огромное спасибо!

К а т я. Пойдем!

В а л е р к а. Погоди, пожалуйста. (Снимает понягу, раздевается.) Маленько мне отдыхать надо. Маленько на людей посмотреть. (Смотрит на Веру. Лукаво.) Я тебя видал в порту. Тебя как зовут?

В е р а (недоверчиво). Вера.

В а л е р к а. Ты там ходила.

В е р а. Я тебя миллион раз видала! И все знают, как меня зовут. Что ты врешь, будто не знаешь.

В а л е р к а (не без лукавства). Так, соврал маленько. Пошутил.

Л а с т о ч к и н. Грубость, Вера, никогда не украшала женщину.

В е р а. Ты почему меня женщиной называешь? Какая я тебе женщина?

Л а с т о ч к и н. Я просто… без всяких задних мыслей… (Смутился.) Я, братцы, пожалуй, заниматься пойду… (Уходит.)

В а л е р к а (подозрительно). Он куда пошел?

С у х о д о е в. Там у него свой уголок. Ночью там девчата спят. А днем он занимается.

Н е л ю б и н. Раньше девчата тут спали, одеялом отгораживались. А теперь мы им удобство создали.

Ш в е ц (Валерке). Эй ты, сильно тебя пошвыряло волнами?

В а л е р к а (Кате). Это кто такой?

К а т я. Рыбак наш. (Усмехнулась.) Василий Прохорович Швец.

В а л е р к а. Василий Прохорович? Васька?

Катя кивнула.

(Швецу.) Ты в Ленинграде был?

Ш в е ц. Пока не был… а что?

В а л е р к а (секунду приглядывается). Выходит, ошибка. Маленько я ошибся. (Безразлично отвернулся. Кате.) Почему плохо живешь?

К а т я (пожала плечами). Шторм. Почту где брал?

В а л е р к а. Я тарбаганчика бил на Кабаньем мысу, смотрю — почтальон прикарабкался. Моторная лодка у него, в море боится идти. (Удивленно.) Хороший парень — боится! Я говорю — давай почту, мне по пути. (Начинает развязывать понягу.) Писем я тебе, девушка, шибко много привез!

Н е л ю б и н. За это тебе большая благодарность. (Значительно.) Письма нужные. Мы их ждем!

К а т я. Очень ты рисковал, Валерка.

В а л е р к а. Рисковал маленько.

Ш в е ц. Сумасшедший ты человек!

В а л е р к а (сразу оставил понягу). Я — храбрый!

Ш в е ц. Ты — дикий!

В а л е р к а. Я в Ленинграде учился.

Ш в е ц. Ишь ты какой мужичок!

В а л е р к а. А ты что думал? Я в райкоме комсомола работал. (На Суходоева.) С ним вот работал. Спроси-ка.

Ш в е ц. Врет?

П е ч к и н (стоит у стены). Он никогда не врет!

Ш в е ц (Валерке). Выгнали?

В а л е р к а. Не переизбрали.

Н е л ю б и н (с нетерпением). Ну, давай, парень, показывай почту!

В а л е р к а (возвращается к поняге. Вере). Я, понимаешь, в Ленинграде восемь классов кончил. Потом на турнике занимался, ногу сломал. Вот как получилось. Ногу сломал, домой поехал, обратно не захотел! (Отставил понягу. Нелюбину.) Он глупый? (Швецу.) Ты глупый, а?

Ш в е ц. А ты умный? Тебя кто гнал в такой шторм плыть?

В а л е р к а. Вот какой чудак! Все ему надо знать. Замечательный чудак. (Развязал наконец понягу. Вынимает почту.) Газеты, журналы. Держи, Катюша, — одно письмо, два, три, четыре, пять, шесть… Держи, Иван, тебе бумага из рыбокомбината. Держи еще, Катюша. И еще одно — восемь. А больше нету!

Ш в е ц. Хватит ей.

Все смотрят на Катю. Швец ложится на раскладушку с газетой.

П е ч к и н (как всегда — вдруг). Швец! Мне с тобой поговорить надо.

Ш в е ц. Начинай.

П е ч к и н. Выйдем на улицу.

Ш в е ц. Ох, неохота подниматься… (Вскакивает.) Ну пойдем!

С у х о д о е в. Куда зовешь! Говори при всех!

П е ч к и н. Ничего, мы в другой раз поговорим. (Уходит на кухню.)

Ш в е ц (вслед Печкину). Можно и сейчас! (Ложится.)

В а л е р к а. Почему все такие сердитые? А?

Н е л ю б и н. Что делать, парень. Пятнадцать дней в море не можем выйти! (Кате.) Почему письма не читаешь?

Катя молчит.

В е р а. От кого, Катя? (Настойчиво.) От кого?

Суходоев наблюдает за Катей.

В а л е р к а. Однако я умоюсь пойду. (Порылся в поняге, достал полотенце.) Всем вам приветы, мужики. От всех рыбаков. Везде маленько затишье пока. Маленько я умоюсь. (Уходит на улицу.)

Ш в е ц. Какую ты нам на завтра работу придумаешь, бригадир? Я больше палец о палец не ударю.

С у х о д о е в. Ты людей не смущай!

Н е л ю б и н (Суходоеву, резко). Он тебе правильно говорит!

Ш в е ц (яростно). Лодку засмолили, а она, оказывается, лодка эта, — старая, брошенная, никому не нужная. Платить за это никто не станет.

С у х о д о е в. Когда-нибудь, может, пригодится.

Н е л ю б и н. Лодка никому не нужная!

К а т я (тихо). Лишняя лодка на море всегда пригодится.

Ш в е ц (с гневом). Крышу ты нас заставил перекрывать.