— Казывал, шо Щеко поправитси скоренько… день аль два, — поспешно принялси балабонить Сом, положивший руки на стол и ласковенько поглаживающий пальцами резны края друдской ложки. — А Ратмир… плохоньки у няго язвины… тутась не день… не два, а намногось больче лячитьси надобно, можеть деньков десять… Потому як у тот ядь проник у сами глаза, и Ратмир ничегошеньки не видить… там у негось на вродь пелены тавкой тоненькой образовалось… и абы значить её снять надо другу траву прикладывать, а её у Лепея неть… почитай за ней надоть итти… сбирать… У так— то.
— Плохо то… плохо, — выдохнул Былята, и, оглядев соратников, задержалси взглядом на Гордыне, тихонько вопросив тогось, — чавось будём делать тадысь?
— Вже я и не ведаю… чавось, — скузал, пожимая плечьми Гордыня, и сжал руки у мощны кулаки, оные як и Сом пристроил на стол. — Водно ясненько токмо мене… брать Ратмира с собой нельзя. Лепей говаривал, шо коль не лячить егось вон и совсем ослепнить. Поднявшись с одра, неспешно перьставляя корни-ноги, подошёл к столу друд и посмотрев на понурого Гордыню поинтересовалси, мягким слегка гурлыкающим голосом:
— Он, что твой брат?
— Да, — подтвердил догадку Лепея Гордыня и у подтверждения того кивнул головой.
— Я сразу догадался, потому как вы похожи, — пробачил друд, при энтом медленно вусаживаясь за стол, — И хотя у него лико сейчас сильно опухло, однако видны единые ваши чёрточки. Брату твоему, надо остаться, он вас в стёжке дальней будет сдерживать… Да и потом на пути в град Торонец много живёт всякой чудной всячины. Не тока в болотах, каковые вы смогли преодолеть, но и там… там дальше… в дальних землях. Там не токмо духи живут, но и волшебны звери, и создания. И не всё из того, что вам встретится, будет добрым или таким как мы, друды, желающим получить взамен дар… не всё…, — совсем тихо произнёс последни слова Лепей и на мгновение смолк, по-видимому задумавшись, легонько качнув своей главой узадь да упередь, точно мечтаючи вуснуть. — Ваш другой болезный поправится быстро…, — добавил он опосля, — может дня два, три, не больше. Он более сильный и крепкий, да и раны его не такие тяжёлые как у Ратмира. Коли вы не захотите задерживаться и решите уйти, я дам вам живицу, настоянную на кореньях, будете мазать раны, и они скоренько затянутся. Но Ратмира вы лучше оставьте. Он взрослый человек и друды им не заинтересуются, а посему не пожелают оставить силой у себя…
Ратмир вне опасности. Чего я не могу сказать про мальчика и этого вьюношу. — И Лепей поднял одну из правых рук и тонкими, як вуспел подсчитать Борилка, четырьмя сучковатыми пальцами указал на Орла, да продолжил гутарить, — их друды могут забрать силой… Одначе поколь вы в моём доме того не случится. Ели, кои также как и вы, и я живые, никого не пустят в лачугу без моего позволения. А потому, — и друд вуставилси на отрока, оный сидывал супротив него и вышкрёбывал остатки житни из мисы, да печально вздохнув, молвил, — я советую вам уходить завтра поутру. Коли вы оставите здесь своего болезного, я не смогу вас проводить, за меня это сделает сын моего брата Липка. Он доведёт вас до межи наших земель, а там… там дальше вы пойдёте на всток… прямо на восход Асура Ра… не сворачивая ни в какую другую сторону. Не ведаю я, как долго вы будете идти до Торонца… там не бывал ни я, ни иные друды… Одначе я до точности знаю, что град тот лежит на встоке тех земель… И, увы, добрые мои гости, это всё чем я могу вам помочь. Лепей замолчал, и, взяв у руки ложку, да обхватив, евойну, резну ручку сучковатыми пальцами принялси неторопливо жвакать житню.
— Лепей, — немного погодя прерывая тишину, которая наступила у лачуге друда, произнёс Былята. — Ты и сице сделал для нас усё чё положено… и поступил гостеприимно, як истый потомок Асура Велеса… Токмо оставатьси туто-ва Ратмиру али неть… оно то лишь яму решать.
— Остануся, — тихим гласом откликнулси с одра Ратмир. — Я не смогу иттить… буду вам токась мешать… А вы ступайте у стёжку як и велить Лепей с утренней зорюшкой…Оно не ведомо скока я поправлятьси буду… да и… да и не нужно здеся мелькать Борюше и Орлу… Возвярнётись за мной кады меч добудите.
— Будь сице як ты порешил, — согласилси Гордыня и горестно вздохнув, склонил на бок свову главу, чуток тряхнув тёмно-пошеничными волосьми, да утак, шо вони вукрыли евойно лико сокрыв усе перьживания от соратников. — А мы добудям меч и вярнёмси за тобой… брат мой.
— Усё будеть ладненько, — изрёк Ратмир да легохонько охнув, застонал.
— А каки у там далее создания живуть? — вопросил сидящий подле Быляты Сеслав, да разгладил свои, рыжие с обильной порослью седых волосьев длинны, вусы. — Злобны вони али добры… и каковые там звери обитають?