— Ты не права. Мы пошли по другому пути. Часто ли вы пользовались волшебством, чтобы поддерживать огонь в камине? Или заживляли раны с помощью магических порошков?
— Все-равно, вы могли бы совмещать достижения науки и магию.
— Видимо, нас и так все устраивает. Тем более, есть миры, которые порадуют любительницу прогресса.
— Да?
— Я однажды побывал в измерении, где люди принимают нематериальную форму, умеют общаться с помощью телепатии и управляют энергией.
— Вот это здорово!
— Это ты сейчас так говоришь. На самом деле, выглядит это жутковато.
— Я бы хотела взглянуть.
— Увидишь, когда разберемся со всем этим дерьмом.
— Каким дерьмом?
— Твоим предназначением и моим контрактом.
Аргус стазу замкнулся в себе и отошел к печи, разжигая огонь.
Кира порезала овощи и солонину, сложила все в котел и поставила готовиться. Создавать кулинарные шедевры после долгого пути не было сил. После ужина она практически мгновенно уснула в кресле.
Аргус перенес ее на кровать в спальне. Он уже успел искупаться и сменить одежду. Пока Кира спит, ему нужно встретиться с тем, кого он всегда считал своим отцом. И узнать, наконец, ответы на свои вопросы.
В этом измерении песок был белым, а небо красным. Всех рабов заставили выйти из повозки. Построили цепочкой, скрепили кандалы. Цепь первого в шеренге пристегнули к прутьям клетки на колесах.
Продвигаться по песку было невообразимо сложно. Ноги проваливались, колеса проворачивались. Лошади с трудом тащили за собой повозку, иногда рабов заставляли толкать ее или практически выносить из ямы или заноса.
Ни тени, ни ветра. От белого покрывала слепило глаза, со слезами из измученных тел исчезала драгоценная влага. А пить никому не предлагали.
Леа поняла, что теряет последние силы. Не было конца и края этому океану песка. Девушка подумала, что умрет вот так, закованная в кандалы. Ее тело выбросят посреди пустыни, она навсегда останется безымянной рабыней, на которую зря потратили два камня.
Когда девушка, идущая через три человека от нее, упала, Леа впервые услышала свист хлыста. Это был страшный, леденящий кровь звук. Кожа рабыни мгновенно покраснела, она взвыла от боли, но вскочила, подгоняемая страхом, что последуют и другие удары.
Когда алое солнце закатилось за горизонт, жара сменилась холодом. Зубы стучали так громко, что шествующие словно затянули жуткую мелодию, отбивая челюстями ритм.
Леа заметила вдалеке странное свечение, будто поднимавшееся из-под земли. И чем ближе они подходили, тем ярче оно становилось. Может быть, всходила луна?
Однако позже стало ясно, что светится город, построенный руками людей.
Он стоял, словно высеченный из хрустальной скалы. Невероятно красивые острые очертания башен и крыш просвечивали насквозь, тянулись к звездному небу. Свет огней преломлялся о грани, искрился и переливался, словно пойманный в ловушку.
Огромная стена окружала этот невероятно прекрасный город. И хотя она тоже была построена из этого странного материала, сквозь ее толщу нельзя было ничего рассмотреть.
Караван подошел к воротам. Гигант протрубил в раковину и тяжелые створки нехотя раскрылись.
Леа не видела более великолепного места. Здесь должны жить феи или принцы. Все было сделано из стекла или хрусталя. Дома, улицы, фонтаны, в которых текла прозрачная вода. Две девушки бросились к ним, чтобы напиться, но кнут остановил их.
Люди были одеты в белое и серое. Причем светлые одежды были привилегией богачей. А в сером ходили рабы. Их головы всегда были опущены, они не поднимали глаз. Широкие стальные браслеты на руках говорили о статусе невольников.
Посреди города стоял огромный дворец. Он возвышался над остальными домами, его очертания были видны из-за стен. Леа запрокинула голову.
Казалось, острые пики башен касались небосвода. Лучи света падали из окон, рассыпались по поверхности хрустальных крыш. Создавалось впечатление, будто невероятный замок светился изнутри.
Их вели именно туда, поняла девушка.
Миновав арочный вход, они попали в просторный внутренний двор. Рабы мгновенно засуетились вокруг гиганта. Он давал распоряжения насчет животных и новых пленников, пока пил из огромной чаши.
Леа опустилась на прозрачную холодную плитку. Сил, чтобы держаться на ногах, больше не было. Как и желания жить. Она устала настолько, что готова была закрыть глаза и принять смерть. Единственное, на что она надеялась — чтобы все произошло быстро и безболезненно.
Цепь от ее оков натянулась. Она открыла глаза. Высокий крепкий мужчина расстегнул тяжелые манжеты на запястьях. Она увидела посиневшие окровавленные участки кожи, в которые впивался металл.
Их повели внутрь по маленькому коридору. Множество дверей, лампад, проходов и лестничных пролетов мелькало перед глазами Леа. Она чувствовала, что теряет сознание. Руки и ноги стали тяжелыми. Она подумала, что ее глаза закрываются в последний раз, а сердце медленно сжимается в предвкушении смерти. И тогда она услышала голос, низкие, хриплый, пугающий.
— Красная река не унесет тебя. Не сейчас.
