Сартан внутренне поморщился. Лезвия Садия. Четыре смертоносные полосы голубоватой стали, по две на каждую руку. Они ковались только в храмах Садия, секрет их изготовления - одно из великих таинств. Вручались каждому Мучителю, при посвящении их в паладины Ордена. Лезвия паладина не могли служить никому другому, даже другому паладину. Использовать Лезвия можно было только по наставлению Отчима-Садиста и никак иначе. Они не могли сломаться, и резали сталь, как масло. Надеть Лезвия - всё равно как приобщиться к самому Садию. И всё же паладины недолюбливали их. Лезвия убивали слишком быстро, слишком просто сражаться, надев их. Противники не мучились от страшных ран, не вопили от боли, не испытывали страданий. Ведь главная задача паладина - наставление и вразумление заблудших, потерявших Путь. Лезвиями этого не сделать - они просто убивали. Но сейчас Сартан достал Лезвия без колебаний. То, с чем им предстояло сражаться, не нуждалось во вразумлении - его надо уничтожить, смять, разорвать, выжечь. Полюбовавшись их хищным блеском, он осторожно - растяпа мог запросто отхватить себе пару пальцев - начал прилаживать Лезвия к своим боевым перчаткам. Глухо щелкнув, оружие встало на место. Сартан пару раз выдвинул и спрятал эти стальные когти, проверяя балансировку, быстро сделал пару атакующих движений - всё идеально. Он готов к бою.
