Тяжело дыша и натужно улыбаясь, тётка обратилась к Рэнсом елейным голосом. В котором, правда, явственно проступали панические нотки:
- Что-то случилось, милая?
Кривая, ироничная улыбка поползла по лицу "милой". Широко и "наивно" распахнутые глаза должны были отвлечь внимание от этой улыбки. Как и нежный голос:
- С чего вы взяли?
Психолог пожевала губами. Кашлянула и выродила:
- Твой наряд!..
Глаза Рэнсом распахнулись шире, голос стал ещё невиннее, намекая, что всё это чистая издёвка. К которой не придраться:
- А что с нарядом не так?
- Он... Он не совсем праздничный...
Девица иронично вздёрнула брови. Они не знали, что Рэнсом так умеет! Приподняла подол чёрной майки на которой стразами был выложен приличный такой череп. Стразы засияли на ярком свету. Мелкая язва улыбнулась:
- Ну? Празднично же?
Морщинка залегла между бровей психолога. Она, конечно, не дура и поняла, что над ней издеваются. Но, что делать? Профессионализм. Улыбнулась:
- А остальное?
- А что остальное?- тут же парировала Рэнсом.
Извинительно улыбнулась и развела руками:
- Простите. У меня плохой вкус.
- А волосы?- прошипела психологиня.
Печальный вздох был ей ответом:
- Неудачный эксперимент с причёской...
Да, уж! Более чем неудачный! Тем более, что выстригали волосы, судя по всему, ножницами, клоками. И только потому, что эти остатки задорно завивались и скрадывали безобразие, творящееся на голове у поднадзорной, эта вся "причёска" не смотрелось жалко. Можно сказать, мило смотрелась.
Что неудивительно. Девчонка красавица. И сейчас с весёлым, живым, лукавым выражением лица выглядела замечательно. Может быть, правда, оживает?.. И "психологиня", которая вовсе не была гадкой или жестокой, решила закрыть глаза на явное изменение поведения поднадзорной О таких она должна была докладывать. И не только ректору Листу, но и неофициально, в обход...
- Девочка взрослеет. Экспериментирует. Спишем на это,- решила дама прикрыть малышку.
У неё, в конце концов, тоже дети. И видела она "ту" трансляцию заседания ЗС. Как мерзко извивались высокопоставленные чиновники Земного Совета, пытаясь вывернуться из скандальных обвинений. И дурой не была. Давно сложила два и два.
Всегда жалела беднягу Блайза. И помнила умницу Оливию. Девочка, вроде, и похожа на неё, но больше на отца. Такая же дурная, как тот ненормальный. А с этой вот лукавой, шалой улыбкой, так и вовсе... Папина дочь.
Дай Бог, чтобы ожила. Женщина желала этого не только девочке, но и парню, который, похоже, решил завести "близкую дружбу" с кем-то из девушек. Что ж, и это молодость... Пусть она будет у этих двоих. И у всех других детей из-за Барьера.
Психологиня тепло улыбнулась Рэнсом. И пожелала уже не профессиональным, а "человеческим", живым голосом:
- Развлекайся, милая.
Словила малость ошарашенный взгляд пациентки, рассмеялась и наклонилась к ней. Прошептала доверительно:
- Что? Я тоже была молодой. Тоже бунтовала. И мне тоже разбивали сердце...
Погладила плечико девушки с материнской лаской и снова тихонько шепнула:
- Просто поверь мне: это пройдёт. Твоя боль тоже. Помни это, когда полыхнёт снова...
Кора чуть растерянно кивнула. Уже полыхнуло, когда увидела, как Золотой почти что обнимается с какой-то девицей. А дурные мысли тут же пошли дальше, и она представила, что он будет целовать ту девушку так же, как целовал её... Будет шептать ей всякие глупости, как шептал ей...
С благодарностью пожала руку психологу. Та вовремя дала ей "якорь". Она будет держаться за это вот "боль пройдёт" весь вечер. Всю ночь. Выдержит и не развалится. А завтра будет новая жизнь. Без Золотого и их странной связи, которая, как нитка, или верёвка, тянулась через её сердце годами.
Дама легко улыбнулась и пошла по своим делам. А окружающая Кору компания зашевелилась. На неё посыпались комментарии. Вовсе не доброжелательные. Понятное дело, все они видели и слышали, как вчера она вела себя. Осуждают её. Молодцы! Пусть и прикидываются обалдуями, а моральный компас у каждого из них работает, будь здоров!
И она безмятежно, с улыбкой даже, выслушивала все эти "Ты больная, Рэнсом!", "Лечиться нужно!", и тихое "Какая ты сука, Рэнсом!". Поразила спокойствием своих то-ли приятелей, то-ли нет, ещё больше.
Теперь комментарии стали и вовсе пламенными, и мало сдержанными. А ей становилось легче. Хорошо, что они защищают Золотого. И не "причёсывают" свои мысли. От этого легче. Настолько, что можно просто выносить то, что происходит... Может быть, у неё с этими ребятами и сложатся ещё отношения, как с "её" парнями из-за Барьера?
Она так расслабилась и успокоилась, что ответила, на сказанное в сердцах:
- Ты чего улыбаешься? Не понимаешь что-ли, что мы думаем о твоих заскоках?
- Понимаю, ребята. Радуюсь. Что вы не врёте. Значит верные принципам и друг другу... Разве это не главное, для таких, как мы?
Огорошила их. Высокопарные фразы от провинившейся малявки, к которой они не решили ещё, как будут относиться. На студенческом балу. Бред!.. Но девчонка смотрела на них так открыто и искренне, что у некоторых парней что-то защемило внутри.
