– Клянусь Великим Белином! – вскричал Ффлеуддур. – Это правда – то, что я вижу?
Тарен уже спешился и бежал по склону, махая барду, чтобы тот поторопился следом. Во главе отряда, который насчитывал никак не меньше сотни бойцов, с трудом вытягивая ноги из сугробов, двигалась знакомая приземистая фигура. Из-под надвинутого капюшона выбивалась огненно-красная прядь волос. В одной руке идущий впереди колонны держал короткий, с тяжелым широким лезвием топор, а в другой – толстый посох. При виде Тарена и Ффлеуддура он ускорил шаг.
В следующее мгновение бард и Тарен уже хлопали его по плечам, выкрикивая одновременно столько приветствий и вопросов, что новоприбывший схватился за голову.
– Доли! – кричал Тарен. – Добрый старый Доли!
– Сколько можно повторять: Доли, Доли, Доли?.. – фыркнул карлик. – Если бы даже я сомневался, что вы узнали меня, ты уже давно меня убедил.
Он упер руки в боки и поглядывал на них снизу вверх хмуро и насупленно, стараясь, как всегда, выглядеть более суровым и грубым, чем на самом деле. Однако его красные глазки светились радостью, а лицо невольно расплылось в широкой улыбке, которую он безуспешно пытался скрыть.
– Мы давно за вами гонимся, – проворчал Доли, подавая знак своим воинам следовать за Тареном вверх по склону. – Нам сказали, что вы ушли в горы, но до сегодняшнего дня мы вас не видели.
– Доли! – воскликнул Тарен, все еще изумленный неожиданным появлением давнего своего друга. – Каким добрым ветром занесло тебя сюда? Что за удача привела вас?
– Добрый ветер? Ты называешь добрым ветром этот колючий буран? – возмутился карлик. – Удача? По-твоему, удача – бесконечно топать днем и ночью по пояс в снегу по бездорожью? Эйддилег, король Дивного Народа, разослал своих подданных в разные стороны. Мне велено отыскать тебя и поступить под твое начало. Не обижайся, но, думается, если кому-нибудь в Придайне нужна наша помощь, так это тебе и твоим воинам. Поэтому мы здесь.
– Гвистил отлично выполнил свою работу, – сказал Тарен. – Мы знали, что он отправился в свое подземное королевство, но, по чести говоря, боялись, как бы король Эйддилег не пропустил мимо ушей его тревожное донесение.
– Не могу сказать, что король очень обрадовался, – ответил Доли. – По правде сказать, он просто взорвался! Я был там, когда наш мрачный приятель принес ему новости о вашем тяжелом положении. Я уж думал, что уши мои лопнут от гневного рева Эйддилега. «Безумные простофили! Длинноногие олухи! Долговязы безголовые!» И это лишь немногое, что он высказал о вас, людях. Но не расстраивайся: на самом-то деле он тебя любит. Он помнит, как ты спас Дивный Народ от превращения в лягушек, кротов и мышей. Это была самая большая услуга, какую когда-либо оказывал нам смертный. И Эйддилег желает оплатить свой долг.
Доли постарался принять еще более суровый вид и продолжал:
– И вот, как видите, Дивный Народ в походе. Мы слишком поздно узнали обо всем и явились в Каер Датил, когда все было кончено, но у короля Смойта все же есть повод поблагодарить нас. Войско Дивного Народа сражается с ним бок о бок. Северные народы собирают войско; их мы тоже поддержим, не сомневайся.
Несмотря на свой насупленный вид, Доли явно гордился своими известиями. Закончил он рассказом о том, как в одной из стычек Дивный Народ наполнил целую долину эхом так, что враг, решивший, что окружен, в ужасе бежал без оглядки. Доли уже начал хвастаться другим случаем, свидетельствующим об уме и мужестве Дивного Народа, но вдруг резко оборвал сам себя, заметив тревогу на лице Тарена. Доли внимательно выслушал, что произошло с Эйлонви и Гурги. Теперь наступила очередь карлика опечалиться и задуматься. Он некоторое время молчал, потом произнес:
– Я согласен с Ффлеуддуром, что Эйлонви и Гурги не пропадут. А насколько я знаю принцессу, не удивлюсь, если увижу ее скачущей во весь опор во главе собственной армии. – Доли усмехнулся и снова посерьезнел. – Против Детей Котла даже мы, Дивный Народ, мало что можем сделать. Все трюки, с помощью которых мы обводим вокруг пальца простых смертных, тут бесполезны. Дети Котла не люди… вернее, меньше чем люди. У них нет памяти о том, кем они были, нет страха, нет надежды… ничего, что могло бы их затронуть. – Карлик покачал головой. – Я предвижу, что любая одержанная нами победа не будет полной, пока мы не найдем способ избавиться от этих отродий Аннуина. Гвидион совершенно прав. Если их не остановить… что ж, мой друг, остановить их мы должны сами. Это ясно.
При виде воинов Дивного Народа люди коммотов удивленно загудели. Все, конечно, слышали о доблести боевых отрядов короля Эйддилега, но никто еще не видел их воочию. Хевидд Кузнец, с изумлением разглядывая их топоры и мечи, провозгласил, что они острее и лучше закалены, чем любое изделие его рук. И хотя самый рослый из воинов Доли едва доставал Лласару до колена, бойцы из Дивного Народа нисколько этим не смущались и смотрели на своих человеческих сотоварищей с дружелюбной снисходительностью, словно на детей-переростков.
