Вернувшись в свою съемную квартиру, я просто-таки упала на кровать – надо было решить, что делать дальше. В голове был полный кавардак, а на душе пустота... Правда, остаться в одиночестве и собраться с мыслями у меня не получилось – внезапно заявилась хозяйка квартиры, боевая дама лет шестидесяти.
– Вот что, голубушка... – вместо приветствия заговорила она. – Съезжай-ка ты с моей квартиры, мне неприятности не нужны.
– Не понимаю, о чем вы!
– Не понимаешь, значит?.. – а хозяйка явно выведена из себя. – Ко мне сегодня участковый приходил, о тебе расспрашивал – кто сюда приходит, да не замечала ли я чего странного, поведением твоим интересовался. Он, конечно, прямо ничего не сказал, но я ж не дура, поняла, что речь идет о запрещенных веществах, а это дело серьезное. Намекал, что из-за наркоты тебя с работы уволили. Это так?
– Да, меня, и верно, уволили, но...
– Раз все обстоит таким образом, то тебе здесь делать нечего... – хозяйка не желала слушать мои объяснения. – За свою жизнь я уже всего насмотрелась. Не хватало еще, чтоб сюда появились какие-то упоротые наркоманы и чтоб об этой квартире пошли дурные слухи, ведь деньги от ее сдачи – единственный приварок к моей пенсии!
– Я снимаю эту квартиру больше года, у нас с вами никогда не было конфликтов, и вы же меня хорошо знаете...
– Ничего не знаю и знать не хочу!.. – оборвала меня женщина. – В своих проблемах разбирайся сама, что у тебя происходит – это меня не касается, но наш участковый просто так приходить не станет. Решения своего я не изменю, так что давай расстанемся по-хорошему, без ругани, тем более что я уже занялась поисками новых жильцов.
Можно было бы попытаться что-то объяснить хозяйке, но понятно, что все это бесполезно, да и сил на подобное у меня не было.
– Я могу остаться хотя бы до завтра? Мне просто пойти некуда.
– Ну, ладно, я ж не зверь какой... – женщина смягчилась, видя, что я особо не сопротивляюсь и не требую вернуть деньги, выплаченные ей за месяц вперед. – Давай договоримся так: я к тебе завтра утром приду, и ты мне ключи отдашь. Договорились?
– Да...
Хозяйка ушла, а я снова прилегла на кровать – навалилась апатия, не было сил даже шевелится. Сейчас полежу немного, а потом начну думать, как жить дальше... Сама не заметила, как уснула, и меня разбудил звонок телефона. Высветился незнакомый номер, и хотя я обычно на них не отвечаю, отключаюсь, но сейчас произнесла:
– Слушаю.
– Лена, это я... – услышала я мужской голос.
– Кто это?.. – спросонья я не сразу сообразила, кто звонит.
– Семен. Ты меня не узнала?
– Что?! – сна как не бывало, зато злость поднялась в душе темной волной. – Да как у тебя совести хватило мне звонить? А, понимаю, ты выполняешь очередной приказ подруги своей дорогой женушки!
– Ты все знаешь?.. – упавшим голосом спросил Семен.
– А то, как же, Галина Альбертовна рассказала, причем ее просто-таки распирало от радости и от осознания того, как лихо у нее получилось задуманное. Поведала и о твоем ценном вкладе в процесс моего обдуривания ради получения почки для ее любимого сына. Все еще не могу придти в себя от ее откровений.
– Прости...
– Насчет прощения – не ко мне. Я обычный человек со всеми недостатками, а не всепрощающая святая старица.
– Понимаю, что виноват...
– Надеюсь, за все немалые старания тебя оставили возле хозяйского тела? Ты там служи со всем тщанием, а то как бы вновь в немилости не оказаться.
– У нас развод состоялся еще три дня назад... – в голосе Семен слышалось неподдельное отчаяние. – Эта стерва Галина Альбертовна и не подумала выполнить свое обещание. Меня, по сути, вышвырнули ни с чем, как использованную вещь. Не поверишь, но с чем я к жене пришел, с тем и ухожу, как будто и не было этих последних лет...
– Сочувствие поищи в другом месте. Если я правильно поняла, то жар-птица улетела, не оставив в твоих руках ни одного пера. Ничего, ты у нас парень шустрый, поймаешь еще одну золотую птичку.
– Да мне больше с сыном видеться не позволят!.. – едва ли не взвыл бывший ухажер. – Ты даже не представляешь, что это такое! А я так люблю своего малыша, он такой хороший мальчишка...
– Не тебе жаловаться мне на свою горькую судьбу. К тому же, как я поняла, у твоей жены имелось основание для развода, а потому получай, что заслужил. Это все, что ты хотел мне сказать?
– Нет, я позвонил для того, чтоб предупредить... – заторопился Семен. – Я слишком хорошо знаю закадычную приятельницу моей бывшей супруги, эту самую Галину Альбертовну. Она, если понадобится, кого угодно раздавит, по трупам прогуляется, для нее никаких правил не писано. Ты ей больше не нужна, и если сделаешь хоть что-то против нее, то тебе не поздоровится. Я на эту особу за несколько лет успел насмотреться, и знаю, что от нее можно ожидать. С теми, кто ей более не нужен, она не церемонится. Уехала бы ты из столицы на какое-то время – та мерзкая баба тебе все одно спокойной жизни не даст. Да, и на всякий случай все свои вещи проверь перед отъездом – мало ли что там может оказаться... И прости меня, если сможешь...
