– Да... – а вот теперь в голосе эльфа послышался гнев. – Мы пока не знаем, кто этот отступник, и чем он руководствуется, поступая столь немыслимым образом, но с горечью должны признать: многое из того, как мы живем, и какие проблемы возникают среди нашего народа – все это очень быстро становится известно всем, кто живет в этом городе. Не понимаю, как некто из нашего великого и гордого племени решился на подобную гнусность, но иным словом, как позор, это не назвать! То, что у вас имеются слезы деревьев, и что мы ими интересуемся, к этому времени уже известно многим, и появилось немалое количество желающих их заполучить. Если станет известно, что вы ушли, и одновременно с этим куда-то отправились несколько эльфов... Об остальном догадаться несложно. Та хм... крыса наверняка может предположить, куда вы отправились, и по какому пути, и то, что преследователи отправятся по вашим следам, чтоб забрать слезы деревьев – в этом можно не сомневаться.
– В любом случае, в покое нас не оставят... – хмыкнул Глеб.
– Скорей всего, так оно и будет... – согласился Элрейанд. – Вот потому-то о нашем договоре с вами знают всего несколько эльфов из числа тех, кому я полностью доверяю.
– Очень скоро всем заинтересованным людям станет известно, что вы приходили к нам дважды, и правильный вывод сделают многие.
– Мы сегодня же распустим слух о том, что вы заломили столь невероятную цену за солнечный камень, какую мы не смогли бы заплатить при всем нашем желании. Возможно, кинемся к гномам с просьбой одолжить нам некую значимую сумму... Придется проявить артистизм, и когда станет известно о вашем исчезновении, мы постараемся досадовать как можно более достоверно, да и ругать вас от души... Поверят нам или нет – это другой вопрос, но полной уверенности в том, что мы с вами в сговоре, все же не будет. Во всей этой истории мы должны оставаться как бы в стороне – поверьте, что для подобного решения у нас есть все основания. То, что за вами почти наверняка отправится погоня – тут можно не сомневаться, но преследователям нужно будет разделиться, направиться по нескольким предполагаемым направлениям. Тем не менее, какая-то фора во времени (пусть и небольшая) у вас все же появится.
– А если мы не дойдем?
– Мы будем молить всех Великих Предков, чтоб до Заповедных земель добрался хоть кто-то из вас троих. А теперь слушайте...
Через полчаса эльфы ушли, и, как только за ними закрылась дверь, я поинтересовалась у Глеба:
– Ты знаешь, где находятся эти самые Восточные ворота?
– Не скажу, что точно знаю, но привести к ним, наверное, все же смогу... – ответил тот. – В тот день, когда мы пришли в Каэту, я, как вы помните, отправился выяснять насчет возможности нашего излечения апасой. Заодно, на всякий случай, поинтересовался, где находятся выходы из этого города.
– Заранее прикидывал пути отступления?.. – хмыкнул Кирилл.
– Можно и так сказать... – не стал отпираться тот.
– Хорошо, что ты такой предусмотрительный... – с оттенком зависти вздохнул Кирилл. – А вот от меня толку никакого!
– Это еще как сказать... – ободряюще произнес Глеб. – Ты же говорил о том, что после того, что с тобой произошло, твой слух значительно обострился.
– Это элементарно... – пожал плечами Кирилл. – Когда теряешь что-то важное (в моем случае зрение), то обостряются другие чувства. Например, слух...
– Помню. Ты говорил, что в ту ночь к нашим дверям подошли двое...
– Один из них шел практически неслышно, зато второй довольно тяжело дышал – он или в возрасте, или не совсем здоров. Правда, я не расслышал, о чем они говорили между собой – там был очень тихий шепот.
– Неплохо... – оценил Глеб. – Может, у тебя еще какие такие таланты имеются? Парень ты неразговорчивый, почти всегда отмалчиваешься, лишнего слова не произнесешь...
– Ну... – заколебался Кирилл. – Не знаю, как сказать...
– Говори, как есть.
– Вы и сами видите, как ужасно я сейчас выгляжу... – Кирилл подбирал слова. – Знаете, с некоторых пор я стал просто-таки ощущать на себе взгляды людей, и при этом понимаю, кто и как на меня смотрит, и могу даже сказать, какие эмоции при этом испытывает тот или иной человек. Вначале я списывал подобное на расшатанные нервы, а потом сообразил, что тут все не так просто – это не мнительность, а нечто иное. К тому же подобные ощущения достаточно дискомфортны... Иногда мне кажется, что это нечто вроде психического отклонения, которое прогрессирует...
– А вот это мы сейчас проверим... – заинтересовался Глеб. – Помнишь нашу первую встречу? Скажи, какие у меня тогда были ощущения при виде тебя?
– Я счел их довольно необычными... – чуть усмехнулся Кирилл. – Ты, в отличие от большинства тех, кто меня впервые видел, не испугался. Скорее, твой взгляд можно было перевести так: ни хрена себе, как кому-то не повезло!..
– Не совсем так, но очень близко... – хохотнул Глеб. – Было такое.
