– Не беспокойтесь, отец, у меня было лучшее детство из тех, какие можно пожелать. Спокойная обстановка в семье, любящая мать, дорогая сестра, ваша забота, благоволение короля. Я был избавлен от чувства долга и ответственности перед страной и народом, довлеющего над королевскими детьми с самого рождения. До сих пор думал, что исполняю свой долг сполна, оказалось, это счастливое неведение.
– Прости, сын… простите, ваше высочество, моё известие запоздало почти на двадцать лет, – наставник тяжело вздохнул, – ваш отец Энвард хотел, раскрыть эту тайну, находясь на смертном одре, но я не понял его наказа.
– Я помню, он назвал меня сыном, но признаться, а я подумал, что у него в голове всё путается в предсмертный час.
– Он, видно, пожелал, уравнять в правах на престол своих детей, мне же казалось, он предложил вам жить во дворце рядом с Энвардом и его семьёй.
– Теперь, когда престолу угрожают извне, пришло время показать мне это?
Андэст отвёл глаза:
– Полония нуждается.
– Мне необходимо время, чтобы привыкнуть к новой роли.
– Понимаю, но времени не так много.
Повисла продолжительная пауза. Андест не решался пускаться в объяснения, понимая, что сын прекрасно знаком с положением дел, и опасаясь получить в ответ укор. А Дестан выдерживал внутреннюю борьбу между внезапно обрушившимся долгом и нежеланием предстать перед подданными растерянным и неуверенным в себе.
– Я уеду. Прямо сейчас. Вернусь, как только смогу, – решительно сказал принц.
– Вынужден буду в ваше отсутствие предпринять кое-что.
– Что же?
–Извещу королеву, Совет Мудрейших и подготовлю посланника в метрополию.
– Хорошо, а я, пока мой статус никому не известен, воспользуюсь остатками свободы передвижений. – После этих слов Дестан резко развернулся, едва кивнув приёмному отцу, и вышел из кабинета. По пути в свои покои он позвал с собой пажа, и, наскоро написав учителю математики, что оставляет его наставником, вручил письмо мальчишке. Быстро собрался и, ни с кем не прощаясь, покинул дворец.
Все эти дни бывший наставник осмысливал свои новые взаимоотношения с обитателями дворца. Однако отдых близился к завершению. Пора возвращаться, а точнее, вступать в новую жизнь.
Дни, которые брат короля отсутствовал во дворце, Андэст посвятил настроениям, господствующим в Совете Мудрейших. Беспокойство, вызванное представителем метрополии Лейпостом и его проверками, нарушило деловой настрой. Каждый теперь боялся не только принять какое-либо решение, но и предложение внести без согласования с королевой. Ждали неведомо чего, опасались, назначения регентом Лейпоста или кого-нибудь ещё хуже. Наставник уверился, что местоблюститель – брат короля, большинством, если не всеми, будет встречен, как избавление от пугающих перемен. Андэст решился, наконец, открыть свою тайну королеве. Рогнеда встретила сообщение спокойно. Она внимательно изучила документ и спросила:
– Откуда это у вас?
– Мне передал отец Дестана, король Энвард первый.
– Вместе с женой и сыном?
Андэст склонил голову, видно было, что ему больно обсуждать это.
– Вы бы и дальше молчали, если б не притязания императора на управление Полонией? – продолжила расспросы королева.
– Возможно, – откликнулся наставник, – я слишком привык к мысли, что Дестан мой сын и считал себя связанным клятвой.
– Выражаю благодарность за то, что вы все же решились сделать этот шаг. Надеюсь, теперь мы сможем сохранить страну. – Королева поднялась, прекращая разговор. – Сообщить Совету столь радостную новость предложено мне?
– Не смею вас просить, ваше величество, но…
– Документ пока оставлю у себя. Отдам его высочеству, когда он соизволит вернуться во дворец.
