Вернись ради меня полностью

Брат смотрит на меня глазами, полными жалости, и вздыхает:

– Не знаю, но пока это не твой секрет, ты не можешь его раскрывать. Я рассказал тебе, потому что должен был.

До сей поры я всегда восхищался умением брата сохранять ясность ума. Теперь же, похоже, он не понимает. Он не может понять. Элли – не просто какая-то девушка, от которой я готов уйти, если что. Она – мое будущее.

– Не знаю, сколько смогу скрывать это от нее, – признаюсь я. – Я не хочу терять ее, Дек. Если она узнает об этом сама, то все точно будет кончено. Я потеряю ее и Хэдли. Прости, я люблю вас, но… я выбираю ее. И если вы этого не поймете, что ж, черт с вами.

– Мне нужно всего несколько дней. Позволь мне поговорить с Шоном и Джейкобом, и… мы во всем разберемся. Мне жаль, брат. Мне правда жаль. Поверь мне, я заставил ребят трижды все проверить, потребовал запросить полицейский отчет, потому что сам не хотел в это верить. Я знаю, ты думаешь, что мы все бесимся из-за того, что ты нашел кого-то, но мы рады за тебя. Мы не хотим, чтобы ты отказывался от этого. Просто… дай мне несколько дней, и после будь что будет.

Несколько дней лжи и притворства… Да поможет мне Бог.

Я сижу в учительской и пытаюсь сконцентрироваться на работе. Сегодня директриса будет смотреть мой урок, а все, о чем я могу думать, – это Коннор.

Мне нужно собраться.

Я не видела его со вчерашнего вечера. Обычно по утрам мы с ним пьем кофе на крыльце, но, когда я сегодня проснулась, они с Декланом уже уехали. Без этого нашего привычного ритуала мне теперь кажется, будто весь день не задался.

Хэдли тоже подпортила мне планы. Сначала ее невозможно было поднять с постели, потом она собиралась медленнее обычного и задавала вопросы каждые три секунды. Чудо, что я вообще добралась до работы вовремя.

Дверь открывается, и входит миссис Саймондс.

– Готова?

Нет.

Но вслух отвечаю:

– Конечно.

– Да ладно, я знаю, что учителя с ужасом ждут моего прихода к ним на урок. Хотя, признаться, для меня это тоже волнительно, Элли.

И для меня.

Если сегодня все пройдет хорошо, то, вероятно, мне предложат постоянную работу. Я очень на это надеюсь. Эта работа дает мне доход и независимость. Хоть Коннор и готов заботиться о нас с Хэдли, но это не значит, что я хочу садиться ему на шею. Я хочу любить Коннора и быть с ним на равных.

– Я правда готова, надеюсь, и вам тоже все понравится.

Директриса садится за стол и накрывает своими руками мои.

– Ты прямо расцвела за последнее время. Не только ты сама улыбаешься чаще, чем раньше, но и твои ученики становятся все лучше и лучше. Не собираюсь вмешиваться в твою личную жизнь, но хочу, чтобы ты знала: я рада, что ты сейчас в лучшем месте.

– Я тоже. Печально, что это произошло таким образом, но зато сейчас я счастлива.

– Знаешь, Коннор был одним из моих учеников, – говорит миссис Саймондс с задумчивой улыбкой. – Он был самым милым из Эрроудов. Его брат Джейкоб, к примеру, был той еще занозой, но у Коннора всегда было доброе сердце, хотя иногда казалось, что сам он считает иначе.

Несложно представить, каким он был тогда. Мальчик, которого заставили попрощаться с детством слишком рано.

– Он хороший человек, – соглашаюсь я.

– Грустно то, как эти мальчишки росли. Я знала их маму, она была такой замечательной женщиной, а их отец… как он ее любил! Когда она умерла, он не смог этого пережить. Помню, как пыталась однажды зайти к ним, но он был так пьян, что я просто постеснялась. Не думаю, что в тот момент он мог вспомнить собственное имя, не говоря уже о моем.

Я молчу, впитывая любую информацию об этой семье. Мы с Коннором о многом разговариваем, но я стараюсь не заставлять его вспоминать прошлое.

– Как бы то ни было, – вздыхает миссис Саймондс, – я жалею, что не вмешалась тогда. Мы все видели синяки на мальчиках, но тогда среди учителей было не принято сообщать о таком. По крайней мере, в маленьких городках вроде нашего. Так что мы все хранили молчание, и я до сих пор об этом сожалею.

– Нужно больше поддерживать тех, кто не может сам рассказать о своей беде, – говорю я.

В каком-то смысле именно директриса заставила меня очнуться. Надеюсь, она и сама понимает это.

– Если бы не люди, которые волновались за нас с Хэдли, не знаю, сидела бы я сейчас здесь или нет.

Миссис Саймондс вздыхает:

– О, это была бы потеря, от которой я вряд ли бы оправилась. Пусть сегодня все пройдет хорошо, Элли. Хотелось бы и дальше вот так иногда беседовать.

Ее не такой уж и тонкий намек заставляет меня улыбнуться. Это еще одна часть моей жизни, за которую я должна быть благодарна.

– Мне тоже.

– Скоро увидимся! А пока, пожалуй, схожу за кофе.

Как только она уходит, я хватаю телефон и вижу сообщение от Сидни.

Сидни:Привет! Я говорила с судьей, и твои документы о разводе будут подписаны сегодня! Копия судебного решения уже скоро должна быть у меня.

Я с такой силой откидываюсь на спинку стула, что даже дыхание перехватывает.