— Мне жаль, что он сделал тебе больно.
— Мне тоже. Печально то, что я бы побежала с ним. Я пошла бы за тем мужчиной на край света, но он сказал мне остаться и что я ему больше не нужна. Он хотел начать сначала, а это означало, что "мы" закончились.
Возможно, Сидни делает все возможное, чтобы замаскировать боль в своем голосе, но я слышу ее в каждом слоге. Я также слышу ее любовь к нему. Но Коннор не Деклан, а я не она. Мы поговорили о некоторых вещах, и я должна верить, что после всего, через что я прошла, Коннор не скрывает от меня что-то темное, что заставит его снова сбежать.
Мы уже разобрались с этой частью.
— Я знаю, что у тебя и его брата были проблемы, но мы уже не юны и не входим в отношения с полуоткрытыми глазами. Коннор знает моих демонов, и он рассказывал мне о своих. Я ценю, что ты хочешь мне помочь, и слышу твои слова, правда, слышу, но между нами что-то есть. У нас общий ребенок и… Я не знаю, Сидни, просто так…
— Легко любить его?
Я хочу отрицательно покачать головой. Я не люблю его, по крайней мере, пока не люблю. Я знаю, что могла бы. Знаю, что мое сердце хочет нырнуть в чувства, но я держу голову трезвой. Любовь — могущественная, и может быть использована против кого-то, если ее носитель не имеет добрых намерений, а я отказываюсь бросаться в водоворот снова, не зная, на что иду.
— Легко по крайней мере хотеть любить его.
Сид протянула руку и накрыла мою.
— Я не говорю тебе держаться подальше от него или что-то в этом роде. Я просто хочу, чтобы ты была осторожна. Я не хочу, чтобы ты или Хэдли испытывали хотя бы половину такой же боли, как я…
Ну, я бы сделала все, чтобы этого не случилось.
— Я ценю это.
Она улыбнулась.
— А теперь давай отпразднуем твой будущий развод и поедем!
Я схватила свою сумочку с широчайшей улыбкой и кивнула.
— Да. Давай.
Сегодняшний день полон возможностей и радости, и я планирую наслаждаться и тем, и другим, но что-то внутри беспокоит меня, говоря, что это не конец.
Не знаю, почему я здесь.
Каждый инстинкт и красные флажки предупреждают меня вернуться.
Но вот я в тюрьме округа Люцерн, где стеклянная стена отделяет меня от пустой комнаты.
Руки покалывает, потому что нервы зашкаливают. Я знаю, что он не может сделать мне больно, прикоснуться ко мне или сделать что-либо в этот момент. Но от того, что я увижу Кевина, меня тошнит.
Всё-таки мне нужно сказать эти вещи. Мне нужно встретиться с ним и дать ему понять, что я не боюсь.
Ну, я боюсь, но не покажу ему этого.
По ту сторону стеклянной перегородки начинает появляться вереница заключенных, одетых в оранжевые комбинезоны. Я держу руки на коленях под прилавком и жду.
Он идет медленно, глаза не встречаются с моими, пока не садится.
Этот человек так долго был причиной моего страха — он мучил меня, преследовал, а теперь, когда я смотрю на него, он кажется таким маленьким.
Кевин садится и снимает телефон со стены, и я делаю то же самое.
— Ты здесь, чтобы толкнуть меня, когда я и так на краю? — Его глубокий голос хрипит в трубке.
— Это ничем не будет отличаться от того, что ты сделал со мной. — Его глаза закрываются, голова падает вперед, но он держит телефон возле уха. — Я здесь не для этого. Я здесь, потому что… Ну, на самом деле даже не знаю, но я чувствовала, что хочу иметь какое-то завершение, независимо от того, как закончится суд.
Он смеется.
— Завершение. Ты моя долбаная жена, Элли. Ты меня предала и хочешь завершения. Какого черта, — говорит мужчина сквозь зубы. — Ты врала мне семь лет о том, что она моя дочь. Ты настолько отчаянно стремилась быть любимой, что все это время манипулировала мной? Я отдал тебе все, и вот что получил взамен?
— Отдал мне всё? Ты бил меня, Кевин. Ты бил меня, когда не мог меня контролировать. Ты называл меня толстой, уродливой, никчёмной. Ты скрывал любовь, привязанность и использовал секс, как оружие. Ты бил меня как физически, так и эмоционально. Я не знала, твоя ли Хэдли, и я не манипулировала тобой. Честно говоря, это казалось более правдоподобным, чем то, что я забеременела за один раз пока была с кем-то другим — до того, как мы поженились.
Он ударил рукой по прилавку, и я подпрыгнула.
— Один раз. Ты долбаная лгунья и мошенница. Хочешь развестись?
Хорошо! Я очень рад, что покончил с тобой и с ней.
Моя грудь сжалась, и слезы собрались в глазах. Мне все равно, что он говорит, что рад покончить со мной, на самом деле это не так, но я думала, что, возможно, он более благосклонно относится к Хэдли.
Не знаю почему, ведь он во всех смыслах сволочь, но она его обожала.
— Она так мало значила для тебя?
Кевин покачал головой, напоминая мне, какой он на самом деле черствый.
— Почему ты здесь? Ты хотела, чтобы я посмотрел тебе в глаза и сказал что? Я подписал твои долбаные документы. Я не хочу оставаться женатым на золотоискательнице, которая трахает других мужчин. Хочешь развестись, так подавись. Забирай свою девчонку и вали.
— Я пришла, потому что часть меня чувствовала себя плохо из-за тебя. Что за дура. Я подумала, что, возможно, это действительно причинило тебе боль, и ты хочешь получить ответы.
