Элайна бросился последний взгляд на лучшего друга и увидела, что Корин с глупой улыбкой неподвижно лежит на полу, а на боку у него уже набухает тёмно-красный синяк.
Стоя перед своей каютой на борту "Феникса", Килин вспоминал то, что говорил его брат давным-давно: "Когда перед тобой слишком много задач, выбери самую тяжёлую и выполни её первой. Остальные в сравнении будут казаться лёгкими". Прямо сейчас Килин очень серьёзно относился к этому совету.
– Кэп, её здесь нет, – сказал Перо. Килин обернулся к парню, оптимистично ухмыляясь, хотя в животе у него начиналось странное угрюмое чувство.
– Она освободила мою каюту? Сошла на берег?
Перо побледнел и почесал за ухом.
– Не-а. Она… хм… она в "вороньем гнезде". Решила немного побыть там, пока не учит кока… готовить.
Килин посмотрел на "гнездо" и схватился за снасти, готовясь взбираться.
– Кэп, она не любит, когда её беспокоят. Грит, эт её уголок покоя.
Килин остановился и посмотрел на Перо.
– Сколько меня не было?
– Н… несколько дней, кэп?
– И вы подняли мятеж, чтобы поставить её во главе?
– Нет! – Перо выглядел потрясённым и напуганным.
– Тогда, пожалуй, я её побеспокою. Видят боги, она приносит мне достаточно беспокойства. – Килин подпрыгнул, схватился за висевшую верёвку, ведущую на грот-мачту, и начал подниматься.
Как раз этим утром команда закончила сооружение "Праведного Гнева", и пока кто-нибудь ещё не заявил свои права на эту таверну, Килин собирался избавиться от захватчицы.
На полпути к "гнезду" Килин улучил минутку взглянуть на берег и на зарождающийся город Новый Сев'релэйн. Массивный корпус военного корабля, который всё ещё растаскивали на доски, оставался самым заметным ориентиром. Вереница людей, идущих к кораблю и от него, выглядела почти как муравьи, обчищающие гигантскую тушу.
В передней части берега, прямо за линией прилива, стояли лачуги, хижины и палатки временного поселения. Большинство беженцев жило всё ещё в таких импровизированных укрытиях, вместе со многими пиратами с "Фортуны" и "Феникса".
Дальше по берегу в сторону границы леса на твёрдой земле стояли первые настоящие здания Нового Сев'релэйна. Таверна была самой крупной из них, и Килин знал не понаслышке, что внутри она пуста, пока это всего лишь остов. Тут и там поблизости стояли здания помельче – дома или продуктовые склады, и некоторые уже были заняты.
Всего за пару недель со дня высадки на Синто Сена остров начал принимать очертания мечты Дрейка. Килину же больше всего хотелось поднять паруса и вернуться в океан. Он добрался до "вороньего гнезда" и перелез в него через край. Эйми смотрела не в сторону острова, а в море, стоя спиной к нему. "Гнезда" едва хватало на двоих, и Килину пришлось прижиматься к краю, стараясь не прижиматься к девушке. Он тихо прокашлялся, поняв, что и впрямь не хочет её беспокоить.
Эйми посмотрела через плечо, коротко, но тепло улыбнулась Килину, а потом снова отвернулась к океанским просторам. И сложно было её винить – жаркое солнце стояло высоко, бросая на волны блестящие осколки света, и вид открывался поистине великолепный.
– Таверна закончена, – сказал Килин, решив перейти сразу к делу. – Там, в городе.
– М-м-м. – Только и ответила Эйми.
Килин открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но понял, что понятия не имеет, как начать.
– Я родилась в море, – сказала Эйми, словно разговаривая с собой. Килин решил заткнуться и послушать. – Родители любили рассказывать мне эту историю. Они были рыбаками с побережья Церонеи, это к югу от Ларкоса в Драконьей Империи. Моя мать носила меня, и они рыбачили, когда начался шторм. Отец часто говорил, что это был самый сильный шторм из всех, что он когда-либо видел, и как раз такой шторм подходит, чтобы возвестить о моём появлении. Мать родила меня прямо в маленькой каюте.
– И как ты оказалась в Сев'релэйне?
– Рыбацкие деревеньки маленькие, капитан Стилуотер, – сказала Эйми. – Слишком маленькие и слишком замкнутые. Я хотела посмотреть мир. Моя старшая сестра научила меня подвязывать грудь и одеваться мальчиком, и я купила билет на торговое судно. Научилась вязать узлы, лазать по верёвкам и скрытно пи́сать. Я побывала в нескольких чудесных местах, пока корабль не захватили пираты. – Она мрачно посмотрела на Килина через плечо. Казалось, от этого ясный день помрачнел, и Килин почувствовал вину за выбранную профессию, чего никогда не бывало раньше.
– Капитан "Паромщика", Иолин, взял наш корабль почти без крови.
– Иолин был справедливым, – сказал Килин. – Пока не заплыл в Краеземье, и ему не вытянули шею. – Он потёр горло – мысль о виселице была не очень-то приятной.
