Приглядевшись к высокому, крепко сбитому мужчине с пышной бородой и усами, я увидел в его ауре слабые, весьма хорошо скрытые признаки того, что он помимо Земли, Воды, Металла и Природы не чужд ещё и магии Разума. А эта магическая школа является едва ли не обязательной для любого шпиона, контрразведчика (кроме входящих в боевое крыло членов данных организаций) и заплечных дел мастера. Мой Смолов, к примеру, в магии Разума был почти бездарен и не владел данной ветвью магического искусства. Собственно, это одна из главных причин того, что он не смог высоко подняться ни в одном из отделов Тайной Канцелярии, кроме её боевого крыла.
И среди захваченных и переподчиненных мне канцеляристов, что сейчас являются службой безопасности Николаевых-Шуйских, магией Разума владело чуть больше десятка человек, среди которых был лишь один Старший Магистр да два Младших. Собственно, эти четырнадцать человек были нашими главными специалистами по обнаружению всякого рода шпионов, диверсантов и даже бандитов в Родовых Землях, и берегли мы их особенно тщательно. Настолько, что к каждому из них был прикреплен свой Старший Магистр и несколько Младших.
К сожалению, из-за подобного дефицита с собой мы никого из них не взяли. Тут у нас война, на которой, как известно, всякое случиться может, и рисковать ценными специалистами без крайней на то необходимости мы не стали. Все же маги Разума, те из них, для кого эта ветвь является основной, как бойцы оставляют желать лучшего. Нет, против одиночного противника примерно одного с ними уровня или определенного количества слабых врагов, ну или в связке с боевым магом, с которым у них хорошая синхронизация, они весьма и весьма хороши, но война это отнюдь не только и не столько одиночные поединки — то удел Архимагов и Магов Заклятий, в битву же любых иных чародеев всегда велик риск, что ворвется кто-то ещё. Или накроют артиллерией, или попадет под площадные чары восьмого ранга, окажется слишком близко к месту столкновения Заклятий, его зашибет вражеский Архимаг, попадет под удар одного из бесчисленных Кругов Магов, что собираются из более слабых чародеев, его настигнет пилотируемый (или даже обычный) голем… Рисков было слишком много.
В общем, мага Разума у нас с собой не было. А в данном случае даже чародей пятого ранга, специализирующийся на Разуме, не гарантировал достижения нужного результата — и это с учетом антимагии и пыток. Так что Долгорукий меня, естественно, заинтересовал.
— Не сочтите за грубость или неуважение, Лев Андреевич, — обратился я к Долгорукому. — Сами понимаете, вопросы у нас к данным господам отнюдь не праздные и значение имеющие в масштабах всей этой кампании. А возможно, и всей войны в целом, а потому нам просто необходимо сделать все возможное, дабы получить всю возможную информацию.
— Что вы, господин Николаев-Шуйский, право слово, можете не объяснять, — любезно улыбнулся Долгорукий. — Прекрасно всё понимаю и полностью разделяю ваши опасения. Дело действительно важное, более того — совершенное, если позволите высказать мое скромное мнение, не терпящее отлагательств. Если позволите, я бы им занялся прямо сейчас, не теряя времени даром. Как гласит народная мудрость — делу время, потехе час. А в нашем случае это актуально вдвойне, а то и втройне. В конце концов, если британия вступила в войну и их войска движутся в Прибалтику, а высшие чародеи уже тайно прибыли и усилили собой армии шведов, то мы должны узнать об этом как можно скорее!
— Благодарю за понимание, Лев Андреевич. Тогда мои люди немедля сопроводят вас к пленникам.
— Всегда мечтал пообщаться поближе с этими островными кровопийцами, — воодушевленно потер ладони Долгорукий. — Эти британские снобы, незаслуженно обласканные Императором и покупающие дары Разлома даже дешевле, чем мы, бояре, всегда мне казались не знающими своего места выскочками, поднявшимися на тотальном разграблении своих колоний и самом циничным и бесчеловечным отношением к их населению. И вели себя всегда так, будто все, кроме них, люди второго сорта… Буду рад продемонстрировать этим «белым джентльменам» всю полноту русского гостеприимства!
Я коротким кивком велел Темному проводить нашего гостя к казематам. Не то, чтобы я подозревал Долгорукого в том, что тот может выкинуть какой-нибудь глупый фокус вроде попытки освобождения пленников… Но вот риск того, что ушлый боярин из самого, пожалуй, могущественного боярского Рода, да к тому же когда-то работавший в его службе безопасности, может умолчать о части информации, вполне допускал.
