Так как обучаться плести чары ей не требовалось — об этом позаботился её изначальный создатель — то для более эффективного развития в последние месяцев пять она, по моему совету, регулярно занималась изучением того, что она из себя представляет. Она ведь, по сути своей, совершенно новый, невиданный ранее вид нежити — не только внешне похожая на живого человека, но и лишенная большей части слабостей и недостатков своего вида. Взять хотя бы ту же магию Света — она всё ещё была не в восторге от неё и получала от неё повышенный урон, но в сравнении с любым другим порождением магии Смерти у неё был почти иммунитет. Всего-то раза в два выше чувствительность, чем у обычного человека!
В общем, изучение себя и новый уровень понимания своей природы дали ей гораздо больше, чем я изначально мог предположить даже в самых смелых фантазиях. Это помогло ей перестать невольно ориентироваться на весь свой предыдущий опыт — что в качестве мага-человека, что в качестве Рыцаря Смерти, и теперь она двигалась вперед семимильными шагами. Это, конечно, тоже ненадолго — темпы самопознания постоянно снижались, ибо тут, как и с любым делом, самый быстрый этап прогресса это начало пути. Но даже так — эти месяцы дали ей больше, чем годы, а то и десятилетия любых других методов саморазвития…
В общем, её знания о собственной природе, как новой, так и старой, а также знаниях о том, как Цинь Шихуанди собирался переселять свою мертвецкую душу в почти живое его усилиями тело, стали базой, на которой мы разработали дальнейшие чары. Ну и да — подробная информация о производстве Рыцарей Смерти, которой она обладала, тоже внесла немалый вклад в наш замысел.
Под «мы» я подразумеваю довольно широкий круг чародеев. Сравнимый по значимости вклад внёс Ивар Кровавая Ладонь — как бывший хозяин тела и тот, кто лучше всех знал его магические параметры, он обладал информацией, без которой к этому процессу не имело смысла вообще подступать. Плюс его навыки и познания в магии Небытия и Душ в частности тоже были весьма к месту — многие формулы, на которые я опирался при расчетах, он забраковал и предложил свои, более подходящие.
Третьим участником сего процесса была моя Хельга. Моя жена, которой я уже давно по её просьбе рассказал всё, что знаю о Сигилах, благодаря чему она, объединив их со своими знаниями в этом вопросе, и создала мне куда более совершенную версию, которую я сейчас и использую, узнав о моих намерениях тоже погрузилась в работу.
Информацией, идеями и разработками в этом вопросе мы все делились на регулярной основе, так что она, опираясь на увиденное, сумела вывести новые, особые знаки, предназначенные именно для высшей нежити. Руноры Стабилизации, как она это назвала — по одной Души, Тела, Маны, Ауры и Праны.
Нам даже коллективно в вопросах создания существ вроде Алены было до циньского Императора Мертвых, как до Луны — поэтому мы и не пытались скопировать его решение в точности. Рунары Хельги позволяли в разы повысить шансы на то, что душа Андрея сумеет прижиться в новом теле — ведь как его туда переместить мы ещё более менее понимали, а вот как сделать так, чтобы слишком могущественное тело со временем не отвергло или, что ещё искалечило и без того потрепанную душу Рыцаря Смерти было непонятно.
Что ж — я женат не просто на красавице, но ещё и на умнице, что зеленоглазая блондинка блестяще доказала своими Рунароми. Их, кстати, можно было ещё много где использовать помимо операции с Андреем…
Четвертым участником нашей работы стал Темный. Разумеется, мой ученик ни с кем из вышеперечисленных по объему знаний и навыков и рядом не лежал — слишком зелен ещё. Но зато у него было то, чего не имелось у нас — феноменальный, просто чудовищный талант во всех областях Темных Искусств.
Там, где мы заходили в тупик, не зная, что делать дальше, он частенько находил выход интуитивно, каким-то звериным чутьем. Сама Тьма подсказывала этому сукину сыну, где закралась ошибка и с какой стороны браться за её исправление…
Ну и пятым участником рабочей группы был непосредственно я. У меня не было познаний в некромантии Алены, я не был мастером магии Душ и Небытия, как Ивар, не являлся супер компетентным специалистом в рунной магии, как Хельга, и уж тем более не являлся гением, обладающим Полным Благословением Тьмы, как Василий…
Но кое в чем я был незаменим — я был лучшим среди них мастером ритуальной магии. А такое тонкое, комплексное и крайне требовательное к точности и различным нюансом магическое действо эффективнее всего было осуществлять посредством ритуальных чар. И именно я взял на себя объединение всего вышеперечисленного в единую систему — при некоторой помощи Ивара, как я и говорил.
