— А че тебе тут делать? Универ? Так на Чеджу отучись. Но там работа будет.
— Какая? — повернулся друг, раскрыл печёнку, посыпал солью и протянул мне половину.
Я насладился особым ароматом, а затем откусил вместе с угольной корочкой. Обожаю.
— По клановому пфофию, — сказал я с набитом ртом. — Логистика. У меня там газеты, плантации и прочее. Все это надо будет развозить по острову, в Корею и сюда к нам. Я с местными общался, но не всем нравится, что я делаю. Боюсь, что много формализма будет, затягиваний сроков, переплаты, ну че я тебе объясняю. А если своя фирма, это уже совсем другой разговор.
Федька почесал затылок и заулыбался.
— Звучит неплохо. Только с отцом надо обговорить. И от женитьбы отсрочка по веской причине, — уже не сдержал он улыбку.
— Вот ты жук. А еще ломался.
— А меня ты не возьмешь? — сонно протянула Аоки.
— Нет, — я поцеловал её в макушку. — Сакуры очень хрупкие и нежные. Им пока нельзя быть со мной рядом. Вот когда всё успокоиться. Их цветение будет радовать всех вокруг.
— Па-а-п! — позвал отца Федор.
Дмитрий Радогостович Сапрыкин оторвался от утренней газеты и вопросительно уставился на сына.
— Помнишь, ты говорил, что мне пора взяться за ум. Так вот, я решил, что надо приобщаться к делам рода. Но, — жестом остановил он хотевшего что-то сказать родителя. — На все готовое мне приходить не хочется. Понимаешь? Было вот так, и делай так же, и ничего не сломается. Я хочу сам чего-то достичь. Проверить себя. Мне тут сделали предложение о работе в Азии. Всё выглядит как вызов, к тому же налаживание международных связей.
Глава клана нахмурился и какое-то время буравил сына взглядом. Даже встал, обошел его по кругу и уселся обратно в кресло.
— Не подменили, — задумчиво выдал отец.
— Пап, — скрестил руки на груди сын.
— И кто тебя позвал?
Федька ждал неудобного вопроса и заранее приготовил ответ.
— Представитель…ница одного из правящих родов той области, куда я поеду.
Старший Сапрыкин скрыл улыбку за газетой.
— А университет? — попытался напустить он строгости в голос.
— Ну зачем он нужен? Нам связей здесь не хватает? Подружиться все равно вряд ли с кем-то выйдет. По-настоящему. А приятели не стоят четырех-пяти лет жизни.
— Надо отучиться, сын, — постановил глава. — Это особый период. Студенчество — важный этап. Тайные общества, секции, турниры, университетские балы в конце концов. Это маленькая жизнь. Тренировка перед тем, как ты выйдешь в загон с настоящими хищниками.
— Могу поступить там, куда поеду, — скривился парень. Думал обойтись без этого, но не прокатило.
— Ладно, — снова расправил газету отец, и Федя напрягся. — Только для начала съезди в Вольные Земли. Хочешь заняться делами рода. Там есть работа. Справишься, и езжай куда хочешь.
— Спасибо, пап!
Идти на встречу с Зингером в открытую я не решился. Поручил это дело Аоки. Девушка должна заключить с ним контракт на пошив формы и прочей экипировки от перчаток и до груш. Заодно и проверка будущей жены в деле.
Я удивлен внутреннему отклику на общение с ней. Дело было не только в гармонах. Нет, я, конечно, представлял размер её сосков, цвет ореолов возле них, и подробности южнее пупка, но недооценивал нашу связь. Я больше не воспринимал её как друга, только как женщину.
Об этом я думал, пока ехал на встречу в компании Джи-А.
В уральской государственной гимназии, которую я закончил, и уральской государственной академии один и тот же директор — Аркадий Викторович. Спасибо вездесущей оптимизации.
Так что меня он знает хорошо. В начальной школе еще первый раз к нему на ковер попал. Разумеется, ректор лишний раз не захочет со мной контактировать, просто на всякий случай. Поэтому выставим всё так, что я всего лишь переводчик. Мне от него нужны связи с главой его рода, Евгением Мартыновым.
Поэтому я замаскировался. Вряд ли бы кто меня узнал в усах и с бородой, да еще и в шляпе. По всей видимости, зарубежная гостья заинтересовала Аркадия Викторовича, так как приняли нас сразу.
Я зашел первым, оценивая обстановку. Большой кабинет с высокими окнами на двор студенческого городка. На стене наградная сабля. На столе искусственно созданный рабочий беспорядок. Сам хозяин кабинета выглядел слегка за пятьдесят и был одет в набирающий моду костюм, напоминающий мундир. Бакенбарды и усы дополняли образ, делая его похожим на какого-то начальника штаба, который всех задро… задолбал.
— Аркадий Викторович Мартынов, — заговорил я, отодвигая стул для Джи-А. Ректор нехорошо сощурился, уловив знакомые нотки в голосе. — Это госпожа Джи-А.
Девушка уселась, расправив подол ханьфу. Сегодня такой образ выбрали. Поколоритнее вышло. Помощница протянула руку через стол, и мужчина аккуратно её пожал, дежурно растянул уголки губ.
Я видел настороженность в его глазах, потому сорвал маскировку.
— Сказов! — охнул ректор.
— Уже не Сказов, Аркадий Викторович, — улыбнулся я.
— Ты что здесь делаешь⁈
— Так поступать пришел. Учебный год скоро.
