Он быстро порезал мне руку. Телекинетически отправил каплю себе в рот. Скривился, словно чеснок с лимоном зажевал.
А потом его буквально пронзило ощущениями, он выгнулся, глаза немного закатились.
— Вижу… — прошептал он. — Нить была… но… не успел. Совсем немного. Недавно оборвалась. Скорее всего, ты последний, — он снова встал нормально и восстановил дыхание.
— Скорее всего? — не понял я. — Какая вероятность.
— С моими силами процентов семьдесят. Простите. Сейчас придет… а вот, собственно, и она.
Мы обернулись. К нам подошла девчонка, совсем не вписывающаяся в местную атмосферу. Монашеский балахон располосован по бокам, сексуально оголяя бедра почти до границы трусиков. Середина и вовсе вырезана, оголяя красивый животик и пупок. Еще бы полтора сантиметра, и можно было бы увидеть грудь.
Она протяжно и шумно втянула ноздрями воздух.
— Баа-а-а! Какие люди. Интересный коктейль. Я бы вас с удовольствием выпила, — нагло бросила она. — Особенно тебя, блондинчик, — сказала чтица и в плотную подошла к Безымянышу. — Так и впилась бы тебе в глотку! — девчонка поднесла сжатую правую ладонь в жесте удушения, но все же не решилась коснуться парня, словно боялась, что не сможет остановиться. — Давайте быстрее приступим.
Она сразу повернулась ко мне.
— Если определишь все правильно, гематогенку тебе из своей крови сделаю.
— Гемато… чего? — потупилась она. — Ты же Арс, а не Генка.
Все же умею я сбить с толку.
— Забей. Просто скажи и можешь, хоть досуха его выпить, — я кивнул на ученика. За что мне достался удивленный взгляд.
— Че реально? — не поверила собеседница.
— Да. Соси сколько влезет.
— Гхм. Да я же пошутила… — тут же заправила она прядь за ухо. — Стакан-другой и мне хватит. Чудище из меня не делайте.
— Приступай уже, — с трудом держался я, чтобы не грубить, а сказать мягко. — Пожалуйста.
— Лады, — она пожала плечами, а в следующий миг одним рывком сократила разделявшее нас расстояние.
Я рефлекторно напрягся, но сдержал табур внутри. Чтица оказалась вплотную ко мне и впилась в губы. Я почувствовала её горячее дыхание, мягкий аромат свежего чая. Губу обожгло. Девушка отпрянула довольно облизываясь.
— М-м-м! Как сладко, — упиваясь наслаждением причмокнула она.
Я же буравил её взглядом. Зачем-то хотел считать ответ по лицу до того, как она его произнесет. Хотя разница в одну миллисекунду ничего не даст.
— Двадцать лет назад большой обрыв, — говорила она при этом глядя куда-то сквозь меня. Потом еще через два года.
Ага. Это она про маму.
— Затем совсем чуть-чуть не встретился. Странная энергия. Возможно, последний патриарх помер. И вот ты… а вот… не ты. Не ты! Ты не последний.
Твою ж мать!
Я не последний из рода!
— А где? Где мой родич? — спросил я и затаил дыхание, словно ответ мог ускакать как напуганный заяц.
— У меня не получится тебе координаты дать. Нет на это ни сил, ни права.
— Хотя бы что-то. Прошу. Любая зацепка.
— В России. Большего сказать не могу.
— Спасибо! — я поклонился.
Это многое меняло. Недавно выживших было двое, но один, скорее всего, умер от старости, а другой все ещё жив. И времени в обрез. Мне нужно придумать как его найти.
Через чтецов можно. Я так сильно погрузился в мысли, что стремительный рывок шизонутой вампирши и не заметил. Среагировал постфактум на звук, когда она уже присосалась к шее Безымяныша и сладостно постанывала. Парень при этом окаменел. Он слегка морщился, но, видимо, сосала она аккуратно.
— Ну всё, хорошо, — сказал он.
В ответ раздался лишь стон наслаждения.
— Эй! — он попытался дернуться, но ничего не вышло. — Хватит я сказал! — он взял её за волосы и оторвал от себя.
— А? Что? — завертела головой чтица. — Ой! Эм-м-м. Типа сори… Хе-хе. Спасибо, ты вкусняха! — она напоследок шумно втянула воздух и сладко выдохнула. — Чао, туристы!
Весь полет я не мог уснуть. Всё думал и думал.
Можно попросить Джи-А принять в слуги чтеца с Чеджу. Они все двинутые, так что по идее парень не должен осмелиться не выполнить приказ. А попросит его помощница найти моего родича. Только вот есть одно но…
Ему может не хватить сил. Даже у это чокнутой вампирши, кишка была тонка определить точные координаты. А еще их таинственный свод правил и запретов. Он банально даже на правах слуги может быть не в силах ничего рассказать.
И что делать? Официально мне ничего не нарыть. Это уж точно.
Через Ржевского попробовать зайти? Возможно… но это охренеть какой тонкий лед. Как целлофановая пленочка, если не тоньше.
Жопа!
Где-то, возможно, вот уж два десятка лет пытают человека, моего кровного близкого, а я ничегошечьки сделать не могу. Хотя вру, могу. Угодить к нему в соседнюю камеру, например.
Вот радостная встреча получится.
А что если… Да не. Хотя… Кто его знает. А ведь выживший родственник может оказаться тем самым предателем. Информация от кого-то же ушла.
И тогда эта крыса может жить под другой личиной в комфорте. В уютной семейном кругу, или предаваться всем радостям этого мира, пить мартини из пупков стройных красоток и менять шлюх словно носки.
