Японец силился разглядеть там человеческий силуэт, но грязь растекалась, а тела так и не было. Он стал прожаривать мерзкую на вид кучу целыми ветками молний, запекая её, растягивая в стороны небольшими вихрями.
Невольно наступил в грязь и отшагнул, но тут из месива ударили множество щупалец. Безымяныш снес их потоком ветра, а когда разорвал дистанцию, то понял, что лужа снова собирается.
Он попятился. Перед ним собрался огромный безголовый монстр высотой с четырехэтажный дом. Где-то в нем прятался брат и управлял этой тварью.
— Нет, — процедил Безымяныш. — Я не убью тебя. Я возьму тебя в плен! — часто закивал он.
— Я же просил ни с кем не соединять, — раздраженно протянул я Бэхе, взяв трубку.
— Так Мальта звонит.
— А! Тогда давай.
— Алло, босс. По вашему делу с ракетой.
— Что, уже?
— Ну не совсем. Смотрите, есть много вариантов, на самом деле.
— Да там спутник-то будет с футбольный мяч, — выставил я фильтр. — Ну может, с футбольный мяч для великана.
— Ну в общем, есть не самый дешевый вариант, но наша фирма электроники, с логотипом огурца которая…
— Ага.
— Её начальник хочет этот контракт выставить, как своё приданное для дочери.
— Вот хитрый гад. Ему миска рис. Ракетчику кошка-жена, а нам чего, кроме переплаты?
— Лояльность, скидки и все такое прочее.
Я задумался. Не такие мы друзья пока, чтобы подобные услуги оказывать. Это любому из своих бойцов я бы легко подкинул подобный подарок, а с ним я виделся всего раз, когда договор подписывали.
— А ты ему вассалитет предложи, — нашел я решение.
— Ага. Сейчас наберу.
Правильно предки фишку просекли. Чем шире сеть деятельности, тем больше связей видишь.
Прошло минут пять прежде, чем снова зазвонил телефон.
— Согласился не раздумывая, — раздался довольный голос девушки. — Сам хотел проситься, но застеснялся. Мол, где он, и где мы.
— Он в Китае, а мы повсюду. Доджон пусть с договором едет, передай ему.
— Поняла. А клятва?
— Клятва после всей этой заварушки.
— Угу. Передам. А Доджон вам точно нужен, да?
— Да!
— Эх, — вздохнула она. — Хорошо. Удачи вам там.
Ндауж.
— Неждана.
— Да, — тут же возникла она в каюте.
— Что там по воспитаннику?
— Группа контроля сцепилась с наблюдателями Обата. Задерживаются.
Я нервно мерил шагами невеликое пространство каюты. Ну вроде он не маленький. Уже доказал всё.
— Ладно, доклад, как прояснится.
Она кивнула и снова исчезла.
Подумать не дали. На связь вышел Серый.
— Босс, тут из посольства.
— Какого?
— Эм, из японского.
— Запускай по всей форме.
Пусть нервничают, когда их сопровождает холодный взгляд турелей. Собеседники с ясной головой мне не нужны.
Двух японцев проводили ко мне в каюту. Оба худые и высокие, в одинаковых серых костюмах, с бледными лицами. Один лет шестидесяти, второй около тридцадки.
Они представились, но я не запомнил, голова итак пухла.
— Чем обязан?
— Вы отправляли запрос, связанный с вызволением пленниц, — неуверенно протянул старший.
— А, да. Было дело. Нашли тут сюрприз в доках Обата.
— А где сейчас наши граждане? — волнуясь и словно сдерживаясь, чтобы не кланяться спросил собеседник. — Так у нас на яхте. В хороших условиях. Давайте вас проводят, вы с ними пообщаетесь, заверите, что уже пробиваете билеты и прочую словесную валерьянку им накапаете, а потом продолжил разговор.
— Конечно. Конечно, — закивали они оба синхронно. Хотя по глазам видел, что такое валерьянка для них женская версия «Валеры». Тем не мнее поклонились и вышли. Какие-то зашуганные сильно.
Пока ждал, в каюту вошла Ксюха.
— Чего?
— В общем, в семье раздрай из-за тебя. Дед жестко против, отец полярно «ЗА». Просто новости разные идут до них. Я им объяснила, как все на самом деле.
— Угу.
— Прилетит мой троюродный брат, как представитель «оппозиции» типа, всё посмотрит, а затем уже ещё механиков пришлют. Спрашивали не хочешь ли ты еще пару малых шагачей купить. Зависли на продаже.
— Нет у меня под них пилотов. Если с пилотами пусть высылают. Никогда не лишние.
— Хорошо.
Как раз вернулись японцы.
— Господин Ен, мы полны праведного гнева, — решительно заявил тот, что старше. При этом в его извиняющейся и заискивающей манере выглядело странно.
— Вы секретари, что ли? — дошло до меня.
Раскрывший было рот гость, захлопнул его.
— Да господин. Прошу прощения, — опять согнулся он в поклоне.
— За что? — вскинул я брови.
— Ну не уважают меня, так что даже настоящего дипломата выслать не могут. Чего теперь, — пожал плечами.
— Не смог больше никто в представительстве, — поклонился молодой. — А задерживать больше нельзя было. Наоборот, как лучше хотели.
— Ясно. Ладно. Забейте.
— Мы вынесем дело на суд общественности. Устроим скандал. Обата поплатятся! — смешно вздернул кулак старик.
