— Ага. Не зря решил тебя дождаться. Я думаю, сам факт, что один из союзников может отпасть сильно на них повлиял. Без тебя было бы сложнее. Когда поедем к Обата.
— Я думал на рассвете.
— Отлично. Надо заслать посыльного. Я уже вышел на контакт с членом рода. Встречу проведем без Миуры, как и принято. Он все равно узнает, но это уже не наши проблемы.
— Главное, чтобы не заявился.
— Ну мы в полных силах, уйти сможем.
— Да. Даже интересно с ним теперь схлестнуться на местности, — говоря это, он дважды сжал кулаки.
— Не торопись. Нам сначала надо как-то твою тетку из игры вывести. Я не уверен, что одержимую можно измотать.
— Я считаю, это невозможно. Много думал об этом. Разговаривал с Масловым и Сан Санычем, с Джи-А. Даже ходил в городскую библиотеку. Там либо другой тип восполнения энергии, либо выработки, либо боги знает, что еще. То, как она управлялась с техниками… Я не уверен, что это вообще был контроль техник, будто стихия исполняла её волю без этого костыля. Не как у интуитов, конечно, но что-то между.
— Угу, — кивнул я. — Ну ничего. Наработаем рефлексы, в бою проще будет.
— На то и надеюсь.
Мы не стали возвращаться на базу. Просто гуляли по набережной, говоря про всякое. В этой суете совсем не остается времени на наставнические штук, и теперь, когда представилась возможность, решил использовать её на полную.
Мы обсуждали дела в банде Псов. Управление коллективами, психологический климат в группе. Потом дошли до историй из детства и наперебой принялись травить байки.
— Мне иногда кажется, что между нами разница не два года, а двадцать лет, — признался Безымяныш.
— А вдруг так оно и есть, — подмигнул я ему, оставив в раздумьях. — Эй, мы уже в японском квартале, догоняй. А то твоего сенсея гайдзина здесь побьют, — засмеялся я, выводя ученика из ступора.
С советом клана Обата мы встретились в парке на мосту через небольшой ручей. Старая сакура качала голыми ветвями на ветру. Луна отражалась в воде.
Мы поклонились принимающей стороне, а они нам. Все с интересом смотрели на парня. Я по обыкновению скрывал лицо. Незачем им знать, кто я. Не сейчас.
— Рады видеть, сын клана, — сказал Рю. — Зачем ты хотел встретиться?
— Я Такеши Асакура-Обата, — гордо громыхнул голос Безымяныша, — заявляю свои права на клан. Миура ведет его в пропасть. Фамилия запятнана постыдными преступлениями. Мне даже противно примерять её на себя. Я ваш единственный шанс на спасение. Если примите мою сторону, клан возродиться. Останетесь под гнетом отца — погибнете.
— И сколько в этом решении тебя? — хмыкнул старик в инвалидном кресле, Нагаи, если мне память не изменяет.
Ученик пожал плечами и сказал:
— Я лишь продолжение воли господина. Его воля дать вам шанс выжить, я её воплощаю.
— И почему мы должны идти под руку предателя? — спросил здоровяк Окудайра.
— Мы не хотим становиться марионетками в руках островных кланов, — поддакнул дед в коляске.
— Вы даже не представляете как далеки от истины, — усмехнулся ученик. — Я был жалким уличным оборванцем. Теперь я правая рука господина. Он дал мне новую жизнь, и теперь я так же протягиваю вам руку. Минует всего пара-тройка лет, и сидя в саду с внуками на коленях, вы даже не вспомните, что когда-то вам приходилось отмывать кровавые деньги, покрытые порошком. Я предлагаю вам трудный путь воинов, если хотите и дальше пребывать средь шлюх и бандитов, ваше право. Первые уже вами брезгуют, как я слышал.
— Мы не от хо… — завопила было Мидзуно, но ей положили руку на плечо.
— Мы тебя услышали, Безымяныш-сама, — поклонился, слегка улыбнувшись беззлобной шутке Рю.
— Мелкий засранец, — прошипел Окудайра, когда гости ушли. — Да как он смеет…
— Бить в самое сердце? — с насмешкой заметил Рю.
— Интересный малый, — сказал молчавший весь вечер Ода.
— Непонятный, мутный, — покривилась Мидзуно.
— Похож на прадеда Миуры, — заметил Нагаи.
— Да, — подтвердил Рю.
— А ведь точно, — кивнул Ода.
— А еще на Такэо Асакуру.
— Один в один.
— Как с полотна сошел.
— Ну так что? — спросил Нагаи, крутя колеса.
— Мы пока не можем принять его предложение, — сказал смягчившийся гигант Окудайра.
— А потом будет поздно, — сказал Нагаи.
— Значит таков путь, — философски заметил Рю.
— У них добрые глаза, — сказал старик, направляя колеса в дом. — Хотя бы дети наши будут жить. Если нам суждено заплатить смертью за слабость, так тому и быть. Лучше пасть в бою от достойных людей.
— Это ты-то в бою падешь, — раскатисто рассмеялся Окудайра.
— Я еще ого-го! — боднул его штанину колесом дед, и закрутил колеса быстрее.
Все переглянулись, сдерживая улыбку. Старик Нагаи был хитрым кицуне и изворотливым как змей. Никто из них бы и не удивился, если бы он раскидал всю пятерку не вставая с кресла, или если бы вскочил, закинул коляску себе на плечи и припустил до дома.
Перед генеральным сражением остался всего один шаг. Нужно было разыграть карту Ма Ри Ны, и ударить по Хонам. Но как это лучше сделать, я не знал.
