Я направил ладонь на провал, и увидел, как еще глубже в пещеру заполз осьминог.
— Этот большой его лучше не тревожить. В костюмах он нам не опасен, но может напугать.
Она продолжала рассказывать, а срисовал добычу. Крупная рыбина сливалась цветом с актиниями, прячась в них будто в траве. Я зарядил гарпун, и запоздало заметил, что в эфире воцарилась тишина. Все наблюдали за мной.
Я прицелился. Вес оружия не ощущался, отчего создавалось впечатление будто нахожусь в компьютерной игре.
Я снял предохранитель и утопил спусковую скобу. Гарпун вонзился в риф, а рыба метнулась прочь, но тут же её пронзил чистый выстрел в голову. В эфире раздался смех отца. Я уважительно глянул на него.
— Отличный выстрел! — прокомментировала Кёнхи. — Обед у вас почти собран, осталось добавить немного водорослей и моллюсков… — она учила Аоки, маму и младших добывать еду с морского дна, а мы с отцом, немного поработав фотографами, потом как две акулы кружили в поисках рыб, но так больше никто и не попался.
— Собираемся, пора наверх, — сказала Кёнхи.
В этот момент я заметил мелкого осьминога, хотел было взять его в прицел, но помнил рассказы Джи-А и поостерегся стрелять, и зря. Уродец порезался об острый край рифа, испугался и ринулся сквозь группу. Влетел в грудь Ане и прилип к стеклу Маши. Сестренка вскрикнула. Выглядело жутко, я сразу поймал флешбеки из фильма «Чужой».
— Замри! — тут же дала команду Кёнхи. — Закрой глаза.
— Хорошо, — чуть дрожащим голосом сказала Маша.
— Андрей Петрович всплывает первым, за ним Вячеслав, Аня, Аоки, замыкает Екатерина Федотовна. Мы снимем осьминога и поднимемся следом, — голос её при этом был абсолютно спокоен.
Кёнхи по очереди отодрала щупальца, переключая их на себя.
— Всё, поднимайся на поверхность, — сказала она.
Я проследил, как аппарат поднял сестру, а следом её ноги скрылись из воды, она оказалась на борту.
— Можем взять его на обед, — сказала Кёнхи, но на этих словах, осьминог словно понял свою участь, неожиданно отцепился и ринулся прочь.
На обеде я подсел к Кёнхи и хитро сощурившись спросил:
— Кёнхи, а мы же друзья?
— Ну… наверное. Если брать отношения кланов, то они определенно дружественные.
Я предвкушающе улыбнулся, ощущая себя как хищный зверь перед броском.
— А могу ли я, как друг, рассчитывать на подарок в честь, например, моего получения титула?
— Так и знала, что тебе нельзя показывать эти костюмы. Это секретны…
— Я теперь тоже островитянин забыла? — с усмешкой посмотрел я на нее. — Давай так. Когда у моего рода появится официальное представительство в аппарате управления острова, мы возьмем на себя побольше каких-то рисков, социалки и так далее. Мы вернемся к этому разговору.
— Хорошо, — улыбнулась она.
Сытые и довольные, мы шли просто гуляли, неспеша двигаясь к дому.
— А правда, что здесь шаманизм? — спросила мама.
— Да, — кивнул я. — Кстати, можем посмотреть на шаманку. Мне все равно к ней нужно зайти.
— Типа сфотографироваться? — не понял Славик.
Я рассмеялся.
— Нет. Эта настоящая шаманка, понимаете? Скорее всего, она даже к вам не выйдет, но есть все шансы, что её ученицы вам погадают.
В доме шаманки главу острова традиционно ждала чашка ароматного чая. Мин Юн подождала, когда гостья усядется и повернулась к ней.
Минхе поделилась всеми соображениями, которые были у совета относительно их общего будущего, на что Мин Юн громко рассмеялась.
— Что и Кенхи думает так же?
— Она меньше прочих обеспокоена, но согласна с теорией, — пояснила матриарх Чон.
Шаманка снова захохотала, на этот раз приступ был дольше.
— Прости меня, моя дорогая подруга, но вы просто кучка безумных баб. Вот поэтому я и должна всегда присутствовать на совете. Мудры были предки, ведь они слышали голос богини, в то время как до нас долетает лишь эхо её шепота. Вспомни, что было, когда шаманов вывели из совета?
— Японское вторжение, к которому Чеджу оказался не готов, — терпеливо ответила Минхе. — Так то, что мы предположили может произойти?
— Ты потеряла хватку, — со всей серьезностью сказала Мин Юн вместо ответа. — Готовь преемницу.
— Нам не готовиться к войне? — словно не услышала её Минхе. — Ты можешь сказать по челов…
Шаманка вздернула руку, обрывая тираду и прислушиваясь. Было что-то важное, будто далекий свист или еле ощутимая вибрация от сдвига тектонических плит. Проскользнуло и исчезло, оставшись лишь намёком.
Шаманка ударила локтем в стену, и ваза с полки на стене упала прямо в руки говорящей с духами. Женщина провела ладонью по обычному на вид пучку сушенных полевых трав.
Минхе будто удар по голове получила. Ультразвук её обволок, она попятилась на заднице назад, а на её месте возникла астральная проекция, полупрозрачная копия. Голоса двоились, картинка плыла. Лишь шаманка виделась четко, будто константа этого мира.
Минхе услышала, как её копия странным искаженным голосом говорит:
— Нам не готовиться к войне? Ты…
Мин Юн вскинула указательный палец, опять прислушиваясь. Покачала головой. Зазвучал голос в обратной перемотке, от происходящего Минхе пронзило мурашками.
— Нам не готовиться к войне? — снова повторил её двойник.
