— Виталий Родио… — просочившийся в дверь кабинета из служебной части дома, Грегуар замер столбиком, увидав окруживших меня людей в высотных костюмах, с перекинутыми через сгиб локтя шлемами, сверкающими темными линзами окуляров, да еще и вооруженных странными тупорылыми карабинами, почему-то, с двумя пистолетным рукоятями. Обведя шалым взором нашу веселящуюся компанию, дворецкий попытался что-то сказать, но голос его сорвался на этакий фальцет. Грег поперхнулся и отчаянно заперхал. Наконец, он справился с собой и, глубоко вздохнув, заговорил, стараясь не обращаться внимания на любопытные взгляды десантников. — Мессир, осмелюсь спросить… что происходит, мессир?
— Ничего особенного, Грег. Совершенно ничего особенного. Я беру власть над своим островом, — пожал я плечами и, указав рукой на людей Мстиславского, пояснил. — При посильной помощи этих славных людей, разумеется.
— Остров? Вы имеете в виду Зееланд? — честное слово, таки ошарашенным, я Грега еще не видел. По-моему, на него даже второе обличье кузнеца-волхва, такого впечатления не произвело.
— Разумеется, у меня же нет других владений, — пожал я плечами.
— Но… но ведь остров очень велик, разве нет? — спросил Грег.
— Конечно, у меня довольно большая страна, — невозмутимо согласился я.
— Тогда, мессир, вы уверены, что вам хватит… эм-м, трехсот русских наемников для такой операции. Я ведь не ошибаюсь, эти люди, те самые мастера из Хольмграда? — медленно проговорил дворецкий.
— Вот, господа. Взгляните. Отличный образец настоящего профессионала. Даже в такой ситуации, он старается получить максимум информации, — я улыбнулся, обращаясь к десантникам, трое из которых, тут же взяли Грега под плотный контроль.
— Мессир? — дворецкий недоуменно приподнял бровь. Он даже умудрился почти идеально удержать в узде свои эмоции, но моторика выдала его с головой. Грегуар Даву вздрогнул и чуть подался назад.
— О, ничего-ничего, Грег. Это я так, о своем… — отмахнулся я. Естественно, не убедил, но дергаться дворецкий не стал. — Но неужели ты думаешь, что я всерьез рассчитываю на захват острова всего с тремя сотнями людей? Это лестно, право слово. Такая вера в мое могущество, елей для самолюбия.
Судя по реакции Грегуара, он это лестью совсем не считал.
— Хм, — в ответ, дворецкий только плечами пожал.
— Впрочем, все гораздо проще. В тот миг, когда Сварт со своими людьми занял Роскилле, ушкуйники с Руяна вошли на рейды всех без исключения, портов. Благо, их всего шесть штук. А дабы не возникло недопонимания, с воздуха их поддержали дирижабли каменградского производства, и десант…
Жители Корсёра пребывали в ужасе. В полночь их разбудил грохот канонады и взрывы в порту. Горели склады, рвались боеприпасы приготовленные для каперов, а сами корабли отчаянно дымя, разваливались и шли ко дну, время от времени озаряя каменистые осыпи берега ярчайшими вспышками от взрывов не опустошенных, как следовало бы по портовым правилам, крюйт-камер. В результате этого фейерверка, над Корсёрнор было светло, как днем, но… никто не мог понять, откуда ведется обстрел, ни одного вражеского корабля в пределах видимости. Бьют переметом от пролива? Но и там никого… Тягостное недоумение было развеяно моментально, стоило из облаков вынырнуть огромным тушам дирижаблей. Странных дирижаблей с откинутыми аппарелями в кормовой части, из которых горохом сыпались темные и пока неразличимые, даже в отсветах гигантского пожара, точки. Бомбы!
Но нет, бомбардировка уже закончилась, да и не могут выбрасываемые с дирижаблей снаряды лавировать в воздухе, в отличие от все увеличивающихся точек, уже превратившихся в довольно компактные группы, уверенно скользящие по наклонной, постепенно увеличивающиеся до такой степени, что уже можно определить форму этих "умных" снарядов… Люди! Люди в высотных костюмах, вооруженные короткими карабинами, со странными зонтиками над головами, похожими на распластанные крылья летучей мыши, поразительно плавно опускались на брусчатку мостовых, уверенно блокируя доступ к порту и основным зданиям города. Они словно чуяли, где находится ратуша, банки и полицейские участки. Или знали…
Бегущие к своим умирающим кораблям команды каперов, уже у самой Портовой улицы вдруг замерли как вкопанные. Камень брусчатки перед первой толпой вспыхнул искрами рикошетов, раздался визг пуль и сдавленный мат раненых. Десяток затянутых в высотные костюмы бойцов, повел стволами своих скорострельных карабинов, в темных окулярах мелькнули отсветы все разгорающихся пожаров. Команда одного из каперов, пытавшаяся добраться до своего корабля угрожающе заворчала и качнулась вперед.
