Мы только что погрузили преступницу в полицейский дельтаплан. Темные эльфы горячо поблагодарили меня за работу и пообещали, что обязательно упомянут мое имя в отчете. Что ж, свой плюс на сегодня я заработал. Еще несколько таких делишек, и можно будет ожидать благоприятного приговора на Трибунале Девятнадцати Демонов.
– А ты подумай, например, о конях, – наставительно тыкаю пальцем в его сторону. – Разве эти животные нуждаются в человеческой "опеке" с кнутами и удилами? Вот так и с гноллами.
– Это совсем не то, – не соглашается монарх. – Кони не мыслят.
– Еще как мыслят! Они ведь не бегут прямиком, скажем, в стену и не бьются в нее головой. Значит, мыслят.
– Ладно, – вздыхает король. – Но кони не обладают свойством производить членораздельную речь!
– Это когда же способность говорить являлась показанием мышления? – победоносно интересуюсь и широко улыбаюсь, при виде озадаченного Эквитея. – Немые ведь размышляют?
Сказать оппоненту нечего. Остается лишь молчаливо согласиться и продолжить путь.
Перед нами флегматично тянется проспект Темного Света. Это громадная территория, совершенно не забитая строениями. Всего лишь несколько тонких шпилей над бункером Большой Лаборатории Экспериментов возвышаются впереди. Дальше, на многие километры, раскинулась безлюдная площадь. Магасфальт кое-где покрылся трещинами, повсюду зияют воронки от взрывов, опаленные пустоши и соляные столбы. Здесь проводят магические эксперименты.
Территория проспекта давно отделена от города массивными колдетонными стенами и плотным заслоном из защитного волшебства. Мало кто отважится, днем или ночью, пройтись по этой пустыне посреди городских джунглей. Никому не понравится, если из-под земли вдруг вырастет очередной экспериментальный голем в виде боевого дракона под каким-нибудь инвентарным номером. Еще схарчит ненароком. Или как вам такое: оказаться в самом центре бушующего магического торнадо? Здесь все возможно. Потому лучше держаться подальше от Лаборатории.
Мы с королем не из робкого десятка. Нам пришлось проделать изрядный крюк пешком – я пожелал побриться и слегка постричься перед появлением на Курсах Самых Младших Офицеров. Потому пришлось идти прямиком. В другое время я ни за какие коврижки не согласился бы переться по этому страшному проспекту.
Охранник пропустил нас, разглядев пропуска в КуСаМлОф. Кадетам Курсов не воспрещается заходить на экспериментальные или правительственные объекты. Можно сказать, мы практически приравниваемся к оперативникам, даже имеем право задерживать преступников. Но не более того. Нам с Эквитеем даже оружия не полагается до прохождения первого экзамена по рукопашному бою.
– Уверен, что надо было идти сюда? – монарх поеживается, чувствует потрескивание магических разрядов, которыми насыщен здешний воздух. – А то мне как-то не по себе.
– Выше нос, салага варварская! – приободряю собеседника. – Ты мужчина, к тому же правитель большого государства. Чего тебе-то здесь бояться? Это ведь не у меня магический иммунитет. Ничего тебе не сделается, если кто-то вдруг позволит себе жахнуть магиевой головкой посреди пустыря.
К моему изумлению, пешая прогулка через "угодья" Экспериментальной Лаборатории проходят без последствий. По нам никто не стреляет, не взрываются колдовские мины. Да и разъяренные големы не появляются из расплавленного магасфальта. Все тихо и спокойно.
Один лишь раз слева что-то полыхнуло. Нас окатило горячей волной и брызгами камня. Затем затихло, больше ни звука.
Вдали рокочет многолюдный мегаполис. Жужжат разнообразные автомобили, с приближающейся набережной доносятся призывные крики торговок баарбуусами. Ревут от безнадежной тоски тягловые киты, их только недавно пришвартовали к берегу. По всей видимости только что пришел паром от Бледного острова.
– Кажется, – говорю с напряжением и посматриваю по сторонам, – только что по нам стреляли из магического гранатомета.
– Где? – Эквитей вертит головой и пытается рассмотреть невидимого преступника.
– Траекторию не заметил, дурная я башка, – жалуюсь на себя. – А следовало бы. Но кажется, стреляли не из здания Лаборатории.
– И что это означает?
– Плохо дело, – кто-то не желает видеть нас на Курсах. Или сводит со мной какие-то древние счеты. И кто-то не имеет понятия о твоей магической неприкосновенности…
На тот момент я даже не представляю, насколько прав.
Через пятнадцать минут после загадочного инцидента мы выходим к Черному озеру.
Иссиня-черная гладь раскинулась, куда глаза глядят. Если бы не изогнутые берега и колеблющиеся городские строения на горизонте, можно подумать, что оказался у самого моря.
