— Тогда, если захотите, то можем посетить Королевский дворец, являющийся официальной резиденцией короля Харальда V и королевы Сони. Был построен в XIX веке для норвежского короля французского происхождения Карла XIV. Строительство, однако, завершилось лишь в 1849 году, т.е. через пять лет после кончины Карла. Этот роскошный дворец расположен в парке Роял Палас, — прорекламировал местную достопримечательность их гид. — Можно заказать индивидуальную экскурсию. А в 13:30 можно будет увидеть смену почетного караула.
— Подумаем, — ответил за всех Герман. Решивший все эти прогулки оставить, пока не будет результатов обследования матери, и только после этого задумываться об развлечениях.
Шли на парковку, никого не трогал, не особо громко обсуждая свои впечатления от достопримечательностей полуострова, музеев и вкус местных блюд.
— Jævla Russerne (Грёбаные русские, — норв.) — неожиданно для всех справа от них раздался мужской, пьяный голос.
Непроизвольно все посмотрели в ту сторону.
На боковой дорожке находились три субъекта мужского пола. Одетые в простую одежду: джинсы, рубахи и накинутые куртки сверху. Лет по тридцать, тридцать пять. Суровые обветренные лица, выдающие в них любителей хорошо выпить и закусить. У двоих в руках были бутылки с пивом.
Герман вспомнил, что видел эту троицу совсем недавно. В ресторане, где они только что покушали. Трое мужиков сидели у небольшой барной стойки у противоположной от входа в ресторан стены, где было пяток барных стульев для тех, кто не хочет садиться за столики.
Накаченные алкоголем, что было хорошо по их внешнему виду, не совсем дружелюбно смотрели в сторону компании Германа, при этом что-то обсуждая между собой.
— Кто эти?.. — сдержался Герман, а выразиться нецензурно очень хотелось. Только мама и жена рядом.
— Это местные, — лицо у Никиты Александровича стало тревожным. — Тут порт неподалёку. Это моряки с контейнеровоза или сейнера.
— А что они говорят? — подключился Алекс.
— Чего это они? — жена с силой прижалась к Герману, а её рука судорожно вцепилась в сгиб его локтя.
— Thorjer, Ormar, ro deg ned! (Ормар, Торджер, успокойтесь! — норв.) — относительно спокойный из норвежцев пытался урезонить двух мужиков, порывающихся идти в их сторону.
— Нам лучше уйти, — Никита Александрович поторопил гостей.
— Ut av landet vårt jӕvel (Валите из нашей страны, ублюдки! — норв.)
— А чего он там орет? — решил не напрягать обстановку Герман, хотя очень хотелось остановиться и спросить у этих долбоклюев, что они там вещают.
— Пойдёмте, — поторопил их Никита Александрович, не желающий попадать в неприятности на ровном месте.
Герман решил уйти, подхватив под руку мать и потянув обеих женщин, а все остальные ускорили шаг, стремясь побыстрее уйти от непонятных субъектов.
Ситуация неожиданной вышла из-под контроля…
Почувствовал, а может краем глаза заметил, Герман успел повернуться, оттолкнуть жену и мать.
— Бзындь! — летевшая в их сторону стеклянная бутылка была встречена ударом кулака, отчего разлетелась на осколки, благо улетевших в сторону, откуда прилетела.
— Капец вам, мразоты, — не обращая внимания на повреждённую осколками кожу и торчащее мясо — бутылочное стекло порвало кожный покров между костяшками указательного, среднего и безымянного пальцев, Герман двинул вперёд, желая проучить тех, кто бросается бутылками людей.
Расстояние между компаниями метров 10–12, но один из пьяных гоблинов умудрился достаточно метко добросить свой метательный снаряд. Была уверенность, что бутылка летела прямо в головы.
— Герман, только без трупов, — зашипел Алекс, так, чтобы женщины не услышали.
— Ну это, как получится, — на ходу бросил Герман, сказав это совершенно спокойно.
— Герман, постойте, не надо, — засуетился Никита Александрович. — Постойте!
— Ща, только поучу баранов, как себя вести надо в культурном месте.
— Stygging! Vil du hente den? (Урод! Хочешь получить? — норв.) — по-видимому тот, кто бросил бутылку, сделал шаг вперёд, а потом профессионально, правой рукой попытался всадить в голову приблизившегося Германа боковой удар — хук.
Голова немного сместилась назад и в левую сторону, а потом агрессор получил мощнейший удар правой рукой в район «солнечного сплетения» и тут же левой — в печень.
— Пха! Арха-а, — вырвалось у атакованного, грохнувшегося на дорожку в позе эмбриона и засучившего ногами.
Дикая боль в грудине, не дававшая возможности вздохнуть, так ещё «пробитая» печень — боль от неё не давала помыслить больше ни о чём другом, кроме того, чтобы она скорее прошла.
— Svarte! (Бл…ь! — норв.) — выкрикнул один из двух оставшихся на ногах, а потом оба резко бросились в сторону Германа.
Раунд-киком (удар с разворота в голову) или «вертушкой» — попасть бегущему навстречу человеку в голову, а тем более двоим сразу — ну очень затруднительно. Если только это делается не скоростью, минимум раза в два превышающую обычную, нормальную.
Подошва правой ноги Германа со всей дури влетела в правую сторону лица, бегущему с левой от него стороны. И не останавливаясь, с силой врезалась в голову второму.
