— Да, — его надежде не суждено было сбыться, что только что подтвердил доктор. — Ничего непоправимого, — тут же добавил он, ободряюще улыбнувшись Варваре Сергеевне. — Вы очень вовремя обратились к нам.
— Понятно, — лицо Германа вытянулось, услышав эту информацию и он тяжело вздохнул.
— Всё плохо? — тихим и обеспокоенным голосом спросила мать сына.
— Нет, мам, нет, — постарался он успокоить мать, быстро начав переводить слова доктора, стараясь ей объяснить, что всё поправимо и не так страшно.
Пришлось всё ей рассказать. Такую информацию утаивать категорически нельзя. Утешение пошли на пользу, мать немного успокоилась, а доктор, дождавшись этого, сказал, что операцию можно провести через неделю. Необходимо получить окончательные результаты анализов, провести подготовительные процедуры к ней.
Удовлетворенные этим, Герман и его мать вышли из кабинета доктора, встреченные обеспокоенной Настей и Никитой Александровичем, ожидавших их в коридоре.
Были слёзы и непонимание того, как так сложилось. Благо Настя сильно помогла в утешении матери, говоря о том, что ничего страшного и всё будет хорошо.
Тактично отошедший в сторону Никита Александрович, когда ситуация более-менее стабилизировалась, сказал Герману, что вопрос с сопровождающей для его матери решён.
Герман прекрасно помнил, что матери после операции потребовалась помощь в ухаживании за ней. Так что он заранее озаботился этим.
Девушка приехала через двадцать минут, как все вопросы с Варварой Сергеевной были закрыты. И встал вопрос с расселением, её сиделкой и переводчицей в одном лице.
Девушка по имени Оксана, двадцати пяти лет от роду. Этническая русская, привезённая родителями восемь лет назад из Санкт-Петербурга. Вся семья переселилась в Норвегию на ПМЖ (постоянное место жительства) в Норвегию.
Как часто и случается со многими уехавшими из своей страны, семья Оксаны не выдержала совместной жизни в другой стране, и распалась пять лет назад. Благо спокойно и без битья посуды, так что её родители не перестали общаться между собой и с родной дочерью.
Норвежский и английский языки девушка знала в совершенстве, закончив норвежскую школу, а сейчас учась заочно в одном из местных университетов. Окончила курсы медицинских сестёр, подрабатывала переводчиком. На оплату съёмной квартиры и оплату обучения ей хватало.
Герман, узнав расценки на подобные услуги в районе 50 долларов в сутки, если перевести с норвежских крон на американские баксы, согласился платить 200 долларов.
Выставив жесткие условия: нахождение рядом с матерью 24 часа в сутки либо быть в зоне доступа, с прибытием к ней по первому требованию в течение часа.
Оксана от таких заработков отказаться не могла ни за какие коврижки, так что сразу согласилась с предложением Никиты Александровича. Нашедшего её контакты через местную диаспору и позвонившего ей сразу же.
Диаспора русскоговорящих в Норвегии одна из самых маленьких, если не самая маленькая в Европе, так что почти все друг друга знают, в особенности о возможностях и функционале проживающих здесь.
— Вы за ней присмотрите, пока нас нет, — тяжелый взгляд карих глаз упирался в серые очи Оксаны, заставив её внутренне поежиться от ощущения идущей опасности от молодого мужчины.
— Конечно, Герман, я всё сделаю, — заверила она его, даже не помышляя как-то не исполнить его пожелания.
— Через неделю я обязательно вернусь, мам, — тон и выражение его лица мгновенно преобразилось, когда он обратился к своей матери. Свою мать он любил, был готов сделать для неё всё что в его силах, и даже гораздо больше, если это потребуется.
На неделю Герман остаться не мог, его бы начальник сожрал, но через неделю, как раз, к операции он обязательно вернется и пробудет с ней, пока врачи не разрешат улететь матери в Россию.
— Ох, Геша, я конечно, справлюсь, но… — мать Германа закусила губы. Неудивительно, тут чужая страна, она в хорошей больнице, есть доверенные люди: Никита Александрович и Оксана, что будут следить за ней, но она все равно не находила себе место.
— Всё будет хорошо, Варвара Сергеевна, — заверила её Настя.
Норвежский медицинский центр, имея долгую историю предоставления медицинских услуг, мог удовлетворить потребности людей с разным достатком.
Можно было оплатить палату на несколько человек или одного, с предоставлением услуг персональной медицинской сестры, исполняющей, в том числе обязанности сиделки. Находящейся рядом днём или целые сутки с пациентом.
Кроме того, на территории онкоцентра имелось отдельно стоящее здание с практически гостиничными номерами со всем необходимым медицинским оборудованием и медицинскими сестрами.
Или, имелась возможность поселиться в отдельных двухэтажных коттеджах, находящихся вблизи от основного здания, где располагались операционные блоки.
Оставив женщин в коридоре, Герман вернулся в кабинет и попросил заведующего подсчитать ему затраты по операции, коттедже и одноместной палате.
Сумма в 172 тыс. долларов была большой, но он бы и миллион заплатил, если бы это потребовалось! Расплатился карточкой в кабинете бухгалтерии, куда его самолично проводил заведующий.
