— Что слова? — упрямая Эле подсунула в костёр ещё пару поленьев. — Меня не слова пугают, а те штуки, о которых ты и сам понятия не имеешь. Например, био-метрический контроль. Или банкомат. Это надо же додуматься деньги прямо на улице в ящики складывать? Да ещё деньги бумажные. Да не смотри ты на меня так, Док — я с первого раз про банкноты поняла. Но всё равно забавно. Нет, я с интересом посмотрю. Там любопытные штуки есть. Кино, например. Или фен. А с кашлем аллергическим как-нибудь управимся. Ты у нас доктор или кто?
* * *
На стоянке провели ещё два дня. Теа взяла организацию добычи пропитания в свои руки (и лапы), и у моряков появилось вдоволь свежей оленины. Цуцик деятельно участвовал в охоте. Несколько раз охотники встречали странные следы, иногда свежие. Но сами когтистые местные обитатели, в отличие от лелгов, проявили благоразумие и на глаза путешественникам не попадались.
Северный ветер стих, и отряд собрался продолжить путь. Выходили рано — хмурое солнце только начало пробиваться сквозь клочья туч. Катрин стояла на палубе «Квадро». Сиге и Жо, деловито переговариваясь, выводили катамаран из безымянной бухточки. С «Собачьей головы» вдруг засвистели — на носу драккара повисла Теа, указывающая в сторону берега.
— О! — сказал Жо, глядя в подзорную трубу. — Аборигены появились.
Катрин взяла подзорную трубу. На склоне холма, покрытого тёмными пятнами кострищ, виднелось несколько фигур. Три высокие, сутулые, с лапами-руками ниже колен. И одна маленькая, но такая же длиннорукая и тощенькая. Заросшие лица даже в хорошую оптику были практически неразличимы. Малое создание сунулось было к ближайшему кострищу, но высокий абориген цепко ухватил детёныша за лапку.
— Даша, сухие груши ещё остались? — Катрин сунула подзорную трубу Мину. — Сиге, проведи нас мимо мыска.
Вода была совершенно ледяной. Фыркая, Катрин, мокрая до пояса, выбралась на берег. Одну руку отягощала подкопчённая оленья ляжка, в другой был мешочек с остатками сладких груш. Фигуры на холме исчезли, напуганные внезапным возвращением одного из пришельцев. Катрин проломилась сквозь тростник, положила угощение, помахала рукой в сторону холма и немедленно поспешила на борт. Об одной мысли о холодной воде зубы начинали лязгать.
Из воды её выдернули Док и Эле. Рядом стояла с плащом наготове сердитая Фло:
— Переодевайся немедленно!
— Даже и не подумаю возражать, — Катрин, содрогаясь, стянула сапоги, и, оставляя за собой мокрые следы, рванулась в каюту.
Сидя в двух одеялах и прихлёбывая горячий чай, она смотрела, как близнецы пытаются совладать с рукой хихикающей Мышки. Пыхтели, стараясь припечатать дерзкую длань к койке. Озабоченная Флоранс доставала свежую тёплую рубашку:
— Кэт, всё это можно было сделать без риска для здоровья. Возможность заполучить союзников, конечно важна, но ты рискуешь серьёзно заболеть.
— Вряд ли эти сутулые станут союзниками, — сказала Катрин, с наслаждением потягивая горячий отвар. — Просто мне надоело начинать любое общение с дробления черепов. Честное слово, приятно, когда кто-то проявляет гостеприимство. А задерживаться нам не стоило — и так много времени потеряли.
* * *
Лес плотно обступил берега. Уровень воды поднялся, и река облизывала подножья огромных стволов, подмывала переплетения толстых корней. Некоторые деревья опасно накренились. Корабли шли достаточно далеко от берега, но Жо невольно прикидывал — что будет, если громадный кедр не вовремя рухнет в реку?
— Прямо мангровые заросли, — сказал Сиге, с любопытством разглядывая берег.
— Мангровые — это как? — поинтересовался сидящий на крыше рубки Мин.
— Да, вы-то прямо через океан шли и островов не видели. Мангры — это когда деревья корнями переплетаются и, над прибрежной землёй поднявшись, растут или прямо в воде, — объяснил Жо.
— Ага, у нас на Оне тоже иногда прибрежные кусты так росли, — понимающе кивнул полукровка. — А вода-то сейчас всё поднимается — в горах снег таять начал. Весна, господа моряки.
Действительно, потеплело весьма резко. Днём грело солнце, можно было стоять у штурвала в одной рубашке. Ночью всё ещё возвращался холод — им веяло от ледяной мутной воды. Ныр, приноровившийся ловить рыбу с удобной кормы «Квадро», жаловался, что клюёт плохо. Зато уже целых шесть дней путешественникам способствовал вернувшийся вместе с теплом попутный ветер. Катамаран весело шёл против течения под одним гротом и даже слегка сдерживал свой бег из-за медлительного драккара. Гребцы на «Собачьей голове» отдыхали, корабль шёл под своим неуклюжим парусом.
— Поохотиться бы в этих лесах, — мечтательно сказал Мин. — Я таких деревьев в жизни не видывал.
— Ещё поохотишься, — утешил Жо. — Наша леди говорит, в Медвежьей долине чащи не хуже этих. Там и вег-дичи водятся. Ты клык видел?
— Видел, — в голосе полукровки слышалось некоторое пренебрежение. — Один на один с вашим вег-дичем выйти — конечно, славный подвиг. Рейдовая группа или хороший патруль с этими зверюгами обязательно справится. Главное — вплотную не подпускать.
— Как же ты не подпустишь? Звери быстрые, обзор в чаще ограниченный.
