— Тепло, — прошептал Чарли, — мне уже тепло… и спать хочется…
Он уже ничего не чувствовал, только понимал что замерзает…
— Только не спи, парень, — аккуратно удерживал его, боясь пошевелиться, Лайтоллер, — тебя хоть как зовут, герой?
— Чарли… — ответил мальчик.
— Прям как и меня. Ты ведь спас всех этих людей, Чарли… — сказал Лайтоллер.
— Я должен был… — проговорил Чарли и замолчал.
— Держись, держись моряк, — Лайтоллер услышал, что мальчик не дышит.
Чарли не ответил ничего. Его открытые глаза смотрели в никуда.
— Он умер, офицер Лайтоллер, — сказал кто-то, — я думаю, парень был бы не против, чтобы мы отпустили его и подняли из воды того, кто ещё жив.
— Да, конечно, — закрыл Чарльзу глаза Лайтоллер и опустил мальчика в воду, — он заслужил того, чтобы его погребли в море, как настоящего матроса…
— Только женщины и дети! Женщины и дети! — кричал Мёрдок, остановив спуск шлюпки с палубы, у окна променада. Но его мало кто слушал.
Шлюпка висела, качалась, и матросы наверху удерживали её из последних сил. Время шло на секунды.
Крики людей глушили слова Мёрдока. Он достал револьвер и выстрелил в окно. Люди замолчали.
— Мужчины назад! Подходят только женщины и дети! — снова крикнул Мёрдок, — здесь есть ещё женщины?!
Женщин не оказалось.
— Дети?! — прокричал Мёрдок.
— Женщины с детьми! — закричали ему в ответ. Со стороны выхода на палубу Третьего класса выбежали десятки людей.
— Скорее! — замахал им рукой Мёрдок. Пассажиры расступились, пропуская Третий класс. Началась быстрая посадка. Стоявшие ближе к окнам бросились помогать.
Эмили Браун уже усадили в переполненную до отказа шлюпку. Фрэнки взяли на руки и подали матери. Матрос нагнулся, чтобы поднять Гарольда, но мальчик вдруг отбежал в сторону.
— Нет! Как мы могли забыть про Карла! — закричал он Фрэнки и, вырвавшись у пассажира, пытавшегося его удержать, побежал наверх, к корме, на прогулочную палубу, где был спуск к их каютам.
— Гарри! — буквально завопил Фрэнки, вырываясь из шлюпки, чтобы броситься за другом. Две женщины с трудом удерживали бьющегося в истерике мальчика.
— Подождите! Это мой ребёнок! Остановите его! — закричала Мёрдоку Эмили Браун, указывая на Гарольда. Она даже поднялась и хотела выйти назад. Но матросы уже не пустили её обратно.
— Пора опускать, — шепнул Мёрдок матросу, командуйте, иначе шлюпка сейчас треснет.
— Давай! — махнул кому-то наверху матрос, и шлюпка начала быстро спускаться к воде…
Мама Фрэнки кричала. Ещё громче и сильнее кричал и плакал сам Фрэнки, глядя наверх. Мёрдок посмотрел на них сочувственно, и только проводил взглядом мальчика, бегущего вверх, к корме, что уже вздыбилась над водой, и была готова обрушиться и разломить «Титаник» надвое…
— Это последняя, — услышал Мёрдок слова матроса рядом с ним, и его охватил ужас…
— Слушайте все! — крикнул Мёрдок людям и снова выстрелил в окно.
Услышав выстрел, люди замолчали.
— Всем собраться на корме и ждать помощи! — прокричал Мёрдок, — всем идти на корму!!! Шлюпок больше нет!!! С этой минуты — каждый сам за себя!!!
Поднялся крик и началась паника. Кто-то побежал на корму, кто-то бросился к окнам и начал прыгать в воду. Кто-то просто остался тут… Теперь никто никого не слушал и уже никто никого не слышал…[39]
Энтони бежал по коридору уже с трудом держась на ногах, постоянно обо что-то спотыкаясь, скользя вниз и падая в воду.
— Один… два… три… нет, вот третья… четыре… — считал каюты мальчик, тяжело дыша.
Он остановился напротив одной из них, взялся за ручку и посмотрел на двери.
— Господи… сделай так, чтобы они успели… чтобы их здесь уже небыло, прошу, — проговорил Энтони и разбежавшись толкнул двери каюты…
— Вы… почему вы тут? — опешил Энтони увидев Августу, Уильяма, Джесси и Сида, — почему вы не ушли?
Августа протянула Энтони руку. Он взял её за руку, подошёл и присел рядом с Джесси, обняв её.
— Почему ты тут? — тихо спросила у Энтони Августа, — разве тебя папа с мамой не ищут?
— Позвольте мне вывести вас из этого места, — посмотрел в ответ мальчик на Августу, — я уверяю Вас, миссис Гудвин! Ещё можно выбраться…
В это время, в коридоре послышались чьи-то голоса.
— Вот видите? Люди ещё стараются спастись! Давайте и мы пойдём с ними?
В каюту заглянула перепуганная молодая женщина.
— О Боже! Что вы тут делаете? — прокричала она, — мисс! У Вас же четверо детей!
— Их на самом деле шестеро. И мы никуда не пойдём без моего мужа, и без их отца, — спокойно ответила ей Августа.
— Берта! Берта! Быстрее! — окликнули женщину голоса из коридора…
Женщина на мгновение оцепенела. И ушла…
Время тянулось…
— Вы были правы, Энтони, — вздохнула, сквозь слёзы Джесси, — мы часто и не представляем насколько короткой может оказаться жизнь… Но мороженное было очень вкусное, — улыбнулась сквозь слёзы девочка, — меня ещё никто не угощал мороженым и никто не приглашал никуда, ни разу. Спасибо Вам, — тихо сказала она и крепко сжала Энтони ладонь.
Энтони прислонил голову к её плечу. Раздался страшный, ужасный грохот переросший во взрыв. «Титаник» резко швырнуло вперёд. Августа прижала к себе детей.
