«Но что же Викинг делал у ворот?» – спросила себя Милка, наблюдая, как светловолосый занимает очередь к кассе. Она пришла к выводу, что человек просто заблудился. Ехал в гости, свернул не туда…
От мысли, что двойная их встреча явилась абсолютно случайной и она больше никогда его не увидит, Милке стало грустно.
Прошло еще три дня.
Водоворот хозяйственных забот закружил Милу.
Когда ее вызвала к себе директриса, девушка неприятно удивилась, но пошла, гадая, что ее ждет на этот раз.
- Людмила Ильинична, - обратилась к ней директриса с непонятным пафосом в голосе, - познакомьтесь с нашим новым сотрудником, Виктором Павловичем Соловьевым.
Только после этих слов Мила заметила, что в кабинете есть кто-то третий. Она обернулась, натыкаясь взглядом на широкоплечую фигуру в мешковатом костюме с галстуком. Цвет, фасон – все было ужасно и выглядело так, словно мужчина нашел одежду на дне прадедушкиного сундука. Милке даже почудился ядреный запах нафталина. Именно поэтому она не сразу узнала его. Только когда перевела взгляд повыше, с костюма на лицо, и встретилась со знакомыми серыми глазами – вспыхнула, потеряв дар речи.
- Виктор Павлович просто находка для нас. Девочкам очень часто не хватает физической силы, чтобы ворочать тяжелых стариков, меняя белье. Порой даже приходилось звать Михалыча. Санитар-то наш, Колька Бесаев, сами знаете, часто не в себе, а другого еще поди разыщи! А у Виктора Павловича и профессиональные навыки присутствуют, и документы в порядке, и желание поработать в нашем пансионате есть, что очень ценно.
Милка сглотнула, не в силах отвести взгляда от пронзительных глаз. Она вообще больше ничего не видела, кроме этих глаз. Разве что еще его улыбку, намеком тронувшую четко очерченные губы.
«Викинг» тоже узнал ее, в этом не было сомнений. Хотя и видел ее всего лишь миг, в окне, на расстоянии, но он точно ее узнал. Потому что так смотреть может только тот, кто знает и помнит.
Милка почувствовала, что ноги отказываются ее держать. А «Викинг», улучив момент, когда директриса отвлеклась, перекладывая у себя что-то на столе, стремительным жестом прижал указательный палец к губам.
Он просил ее молчать, не выдавать его. Словно тот факт, что она видела его за рулем внедорожника, являлся для него опасным.
- Людмила Ильинична, познакомьте, пожалуйста, господина Соловьева с нашими правилами и дайте ему все, что полагается: форму, полотенца, ключ от шкафчика в гардеробной. И проведите небольшую экскурсию по территории, чтобы человек хоть немного стал ориентироваться. Покажите, где у нас что.
Милка облизнула губы.
- Людмила Ильинична, вы меня слышите?
- Да, - хрипло ответила Милка, находя силы перевести взгляд на директрису, - я вас поняла, Дарья Ивановна.
- Ну, вот и отлично. Можете приступать.
Вдвоем с новеньким она покинула кабинет.
- Значит, вас зовут Людмила?
«Викинг» впервые с ней заговорил, и голос очаровал ее не меньше, чем взгляд. Словно Милка была кроликом, а он – опытным удавом, гипнотизирующим жертву до потери пульса. Но как же сладко было ощущать себя в его власти! Смертельно опасно и смертельно притягательно…
Мила думала, что не сможет ответить, но все же смогла:
- Называйте меня Милой… мне так привычнее.
«Ох, зачем?! – испуганно и жарко мелькнуло тотчас в полупарализованном мозгу. – Зачем я так интимно?!» Не иначе, она желала знать, как прозвучит ее имя на его устах. И вместе с именем вручила ему саму себя. Опрометчиво, но – сразу, без проб и сомнений. Пусть берет! Без остатка. Такая глупость...
«Я совершенно сошла с ума!»
Мила надеялась, что об этом ужасном поступке Соловьев никогда не догадается. И никогда не узнает о ее тайных мыслях. Она-то уж точно ему не скажет!
- Мила…
Она отвернулась, чтобы он не увидел ее капитуляции, и закусила губу.
- А я Вик.
Ей хотелось спросить, что означает его маскарад и странное желание поработать за гроши, но мужество оставило ее. Может, и к лучшему. В состоянии помраченного ума ей стоило больше молчать и меньше говорить. Во избежание скандалов.
И тут Вик снова удивил. Он вытянул руку и щелкнул пальцами. Быстрый изящный поворот кисти – и на его раскрытой ладони буквально из воздуха соткалось шоколадное яйцо «Киндер-сюрприза».
- Это вам, Мила!
Она уставилась на завернутое в пеструю фольгу яйцо округлившимися глазами: «Откуда он его взял?»
- Не бойтесь. Это просто шоколад, и он не отравлен. Я купил его в супермаркете, еще не зная, что вы не жалуете сладкое. Меня ввел в заблуждение тортик в вашей корзинке. В следующий раз подарю вам апельсин.
Милка окончательно стушевалась. В ее голове пронеслись обрывочные мысли, что «Викинг» заметил ее в магазине и понял, что она подсматривала. И вообще...
Вик улыбнулся:
- Я просто догадался. Возьмите шоколадку, не стесняйтесь. Отдадите ее кому-нибудь еще. Например, той девушке, которой вы покупали торт.
«Господи, кто он такой?! Он умеет читать мысли? Какой кошмар, какой стыд!»
- Ну же, Мила! Отомрите, пожалуйста.
Милка моргнула и пошевелилась. «В самом деле, чего я тут?» - бестолково подумала она и протянула руку.
