*6)Княжна Мария Эдуардовна Клейнмихель – медиум, оккультистка и падчерица Сент-Ива де Альвейдера (который впервые упомянул Агарту). Ее мать вышла замуж за Сент-Ива, и тот сразу после этого стал писать мистические книги. Клейнмихель была знакома со многими оккультистами того времени и действительно вхожа в семью Николая Второго. Николай был членом Ордена мартинистов, основанном Папюсом. В 1909-1916 в России даже издавался журнал мартинистов «Изида», но послесмерти Папюса в Первой мировой в рядах ордена назрел раскол и движение затухает. После ареста в 1926 году последних членов Ордена мартинистов в Ленинграде, библиотека Клейнмихель, содержавшая в том числе и архив Сент-Ива, попала к Александру Барченко. Барченко познакомился с идеями Сент-Ива будучи студентом (узнал о нем от учителя римского права Александра Кривцова) и очень интересовался его работами. Барченко исследовал «мозговые волны», сотрудничал с Бехтеревым. Арестован в 1937 году по подозрению в шпионаже, так как с помощью «оккультных практик» получал незаконно информацию о некоторых членах правительства. Расстрелян в 1938)

13.4

13.4/3.4

Четыре месяца назад, Южная Корея

В парке-музее «Доныйбогамчон», не считая прочих заманух для туристов и отдыхающих, имелось три священных мегалита. Первый – огромный камень весом 127 тонн. Из-за характерной формы и выгравированного орнамента в виде чешуек его назвали Черепаховой скалой. Считалось, что, прикоснувшись к нему, человек наполняется энергией ци до самых краев. Вторым был валун поменьше – Денежный камень. Говорили: тем, кто оставит на нем монетку, обязательно повезет в делах. Ну, а третий мегалит, Каменное зеркало (по-корейски Сокгён), позволял людям заглянуть в будущее.

Первый раз, когда Кирилл узрел Сокгён – огромный круглый диск, специально для которого выстроили беседку под изломанной крышей, то присвистнул. Вживую мегалит выглядел впечатляюще, иначе, чем на самых качественных фото, и Киру показалось, что он физически ощущает его дыхание. Умом он понимал, что это не более, чем фантазии, ведь до Сокгёна было далеко, но все равно, изделие явно было штучным.

Беседка опиралась на солидный фундамент в рост человека, выполненный из больших обработанных камней. Изначально имеющие произвольную форму, они были плотно подогнаны друг к другу и образовывали неправильные многоугольники – полигоны.

- Это та самая полигональная кладка древних? – громко прошептал стоявший рядом с Кириллом молодой физик по имени Сергей.

- Полигональная, но только современная, - охладил его восторг Мухин, которого Белоконев неплохо подковал. – Парк открыт недавно, и все эти подставки – новодел, стилизованный под старину. Не стоит забывать, что мы в музее под открытым небом.

- А я-то думал… - Сергей был заметно разочарован. – И где гарантия, что они тут больше ничего не подретушировали?

- Красивый фантик не умоляет загадочного содержания, - глубокомысленно изрек Кир. – Шестиугольная форма Сокгён, например, повторяет шестиугольную форму Камня Солнца из Центральной Америки. Просто один в один: взяли многотонный булыжник и обработали его таким образом, чтобы с лицевой стороны помещался идеально круглый диск с орнаментом, слегка смещенный вправо. И никто не знает, как это объяснить, поэтому называют банальным совпадением. Между Кореей и Америкой бездна расстояний и культурных различий, а мыслили творцы, получается, идентично – чем не загадка? Или, может, у них перед глазами имелся более древний прототип…

- Напомни, когда изготовлен Сокгён? – спросил Сергей.

Перейти на страницу:

Похожие книги