- Мы и без тебя соберем, не маленькие, - ответил тот, не скрывая раздражения. Известие, что Губенко прислал соглядатая, пусть даже приятного во всех отношениях человека, вызвало в нем нешуточную обиду. – Брус я вам лично на сани погружу и привантую все до последней досточки. Или ты мне доверять перестал? С прораба своего пример берешь.
- Доверяю, Сеня, - Громов похлопал своего давнего знакомого по плечу. – Что вы оба как дети малые? У тебя ледокол стоит под разгрузкой, зачем тебе суетиться?
- Это уже вопрос чести, Юр Михалыч! Твой прораб меня обвинять вздумал.
- Никто тебя не обвиняет, однако груз вы доставили в прошлый раз не полностью. Я Коле слово дал, поэтому по складам вынужден лично прогуляться. Уж не обессудь.
Смородинский повздыхал, покашлял, признавая, что на обиженных воду возят, но взаимная антипатия была выше его сил.
- Летел бы ты спокойно, Юр Михалыч, - наконец выдал он. – Уфимские спелеологи твоего личного присмотра требуют, а мы тут привычным делом займемся. Корабль разгрузим, поезд погрузим. Все будет как надо.
Юра отказываться не стал:
- Спасибо, Сеня! Твоя помощь мне весьма пригодится.
«Спелеологи» и впрямь хотели, чтобы Громов сопровождал их повсюду. Они были готовы лететь прямо сейчас, уже и к летчикам подкатили с увещеваниями, но Юрию удалось выторговать для себя немного времени.
- Ладно, но у вас срок до вечера, - сказал Борецкий Громову при первой встрече, терпеливо выслушав про стройку и доставку. – Больше нам ждать никак нельзя. Понимаю, что мы вам как снег на голову, но все мы состоим на службе у «Ямана», и наше основное занятие – обеспечить полную безопасность новой станции. Если мы завтра не вылетим, то ваш брус может буквально не понадобиться, понимаете расклад?
Громову пришлось пообещать, что он уложится, хотя в Антарктиде не принято было спешить. Ее специфика такова, что тут просто невозможно цепляться за условное время, в любой миг полярников подстерегают неожиданности, но разъяснять все эти тонкости новичку было и долго, и хлопотно, поэтому Юра просто уступил.
- Как закончите, идите к озеру, где команда будет тренироваться, - посоветовал Борецкий. – Посмотрите на моих сорванцов, познакомитесь. Как-никак, вместе не один день провести предстоит.
Весь день Громов носился по станции как угорелый, в то время как девять крепких тимуровцев (их быстро привыкли величать по имени вожака) отправились по приказу командира закрывать вопрос со своей акклиматизацией на берег южнополярного озера, возле которого раскинулась Новолазаревская. Там они никому не мешали и находились вдали от любопытных глаз.
На Юрино счастье, потерянная партия строительного материала нашлась быстро, и первые сани стали на загрузку у склада еще до объявленного ему часа икс. Громов слегка перевел дух и отправился смотреть, кого же ему послали Патрисия с Вещим Лисом.
Увиденное произвело на него эффект. Здоровенные, крепкие и спортивные парни, скинув теплые куртки, который уже час занимались физкультурой с легкостью, свидетельствующей о прекрасной физической форме. Все они были молодые, но не так чтоб уж совсем зеленые: от двадцати пяти до тридцати лет. Борецкий выходил над ними старшим в том числе и по возрасту, он был примерно ровесником Громова.
- Юрий Михайлович, вы уже освободились? – крикнул один из тимуровцев, заметив наблюдавшего за ними главу миссии.
- Можно и так сказать, - кивнул Громов. И прибавил для себя, чтоб никто больше не слышал: - Все равно больше ничего сделать не дадите.
Поручение Патрисии сопровождать этих героев всюду, куда укажут, с самого начала не вселяло в него особый оптимизм, но хорошо хотя бы эти парни были адекватными. Во всяком случае, производили подобное впечатление. «В деле они должны быть очень хороши, - подумал он, - что огромный плюс, поскольку дело это придется вести с «Прозерпиной».
В общем, Юре стало немного спокойнее.
- Пацаны, отбой! – зычно скомандовал тимуровец. – Возвращаемся на базу. А ты, Арбуз, гони к Бате и скажи, что мы закончили и выдвигаемся.
- Так точно! – откликнулся тот, кого назвали Арбузом.
Он подхватил с земли куртку и помчался к видневшимся в отдалении строениям. Остальные, не торопясь, стали одеваться.
- Я – Максим Маркевич, - представился Громову разговорчивый, - можете обращаться ко мне Макс или Марк, я на оба имени откликаюсь.
- Юра, - Громов пожал Маркевичу руку.
- Ваши вещи, надеюсь, собраны?
- Мы что, на ночь глядя к Кратеру полетим? – поразился Громов, чувствовавший себя слишком замотанным, чтобы вот так, без роздыху и полноценного сна взваливать на себя очередную задачу. Староват он был, пожалуй, для длительных форс-мажоров.
- Да нет, с утречка, конечно, отправимся, - сверкнул улыбкой Макс. – Командир посовещаться с вами хотел. Просил предупредить, как закончите. Он в кают-компании ждет.
- Раз ждет, значит, поговорим, - кивнул Громов. - А рюкзак мой в комнате неразобранным стоит. Я ж обжиться на Ново-Первой не успел.
Спустя двадцать минут все они были уже в конференц-зале административного здания, где им предстояло отрифтовать маршрут предстоящего марш-броска.
