В вышине, то и дело скрываясь в облаках, парили снежные буревестники, облюбовавшие Землю Королевы Мод для гнездования. К этому дню крупная стая белоснежных птиц уже прибыла сюда с побережья, хотя в прошлый раз Громов не видел их, видимо, они затаились перед штормом. Сейчас же буревестники наполняли суровый пейзаж жизнью и предчувствием близкой весны.
Когда тимуровцы подошли к Орвину ближе, им стали встречаться крупные пятна гладкого темного льда в небольших ложбинах. Пятна эти не имели ничего общего с бугристой голубоватой поверхностью материкового ледника. Отвечая на закономерный вопрос, Громов пояснил, что это замерзшая вода. Летом пятна оттаивают, и у подножия скал ненадолго разливаются мелкие озерца и реки – обычное дело при контакте с нагревающимися на солнце горными породами. Сейчас озера еще оставались промёрзшими до дна, но кое-где, на открытых участках на темном льду уже красовалась белая паутинка трещин.
Из-за частых остановок на ремонт к пещере отряд пришел только к самому концу дня. Низкое солнце так и пряталось в плотных тучах, уходящих на запад, и в ущелье клубились сумерки.
Встревоженные появлением незнакомцев буревестники, подобные белоснежным стрелам, вспархивали на их пути из гнезд, где устраивались на ночь, и с резкими криками метались между скалами.
- Это ничего, - произнес Зиновьев, задирая голову, чтобы отследить полет напуганных птиц. – Раз сидели спокойно, значит, до нас тут никто не проходил.
- Но не привлекут ли они внимание к нам? – осторожно осведомился Юра. – Любой охотник скажет, что птицы предупреждают о засаде.
- Будем надеяться, что в ближайшей округе охотников нет, - оптимистично заявил Анатолий. – Тем более таких, кто очень хорошо знаком с повадками здешних пернатых. Сам говоришь: стая прилетела недавно, после бури, и наблюдений за птицами до сих пор никто вести не мог. Мало ли какой естественный враг спугнул их? У них же тут есть враги?
- Есть, - согласился Громов. – Поморники любят лакомиться их яйцами.
- Ну и вот! Скорей, предположат, что это поморники разоряют гнезда, чем не понятно откуда взявшиеся люди.
Большую часть вещей, включая санки, тимуровцы решили оставить в глубине небольшой расщелины, замаскировав сверху фирном (*
Пока одни махали саперными лопатками, другие пробежались по окрестностям, выискивая пути для быстрого отхода и места для «глаз», как на военном жаргоне назывались точки наблюдения. Все выполнялось буднично и спокойно, но Громов, следя за приготовлениями, неожиданно для себя испытал сильное волнение. Он вдруг отчетливо ощутил, насколько опасная задача ждет его попутчиков. Да и его тоже, чего уж скрывать.
- Все готово, командир! – отрапортовал Куприн. – Можем выдвигаться в подземелье.
- Добро, - кивнул Борецкий. – Сейчас Андрей закончит, и выдвинемся.
Примостившийся на открытой площадке Рубан передавал по защищенному каналу очередные оперативные данные, что являлось необходимым условием для любых передвижений по Антарктиде. Непреложный антарктический закон – всегда сообщать свои координаты – не посмели нарушить даже люди Вещего Лиса.
- Новости есть, распоряжения от директора? – спросил Борецкий у Рубана.
- Дали добро, - коротко отозвался Андрей.
- Вот и ладушки. Семенов, Ющенко – вы дежурите у входа. Арбузов – на тебе, как всегда, конюшня, держи Лошадь на привязи. А ты, Рубан, сидишь на связи и дальше. Остальные – за мной.
- Так точно, - отозвались бойцы, скидывая с плеч рюкзаки. Пятеро из них нахлобучили на мягкие шерстяные шапочки каски с фонариками и направились в темноту.
- Друг мой, не отставайте! – Борецкий обернулся к Громову.
- Да-да, иду, - откликнулся замешкавшийся возле намалеванной на стене свастики Юра.
- Зиновьев, пойдешь замыкающим! Проследи за нашим дорогим полярником, чтоб не заблудился.
По примеру остальных Юра достал из рюкзака дополнительный фонарик и двинулся вслед за отрядом. Он ожидал, что тимуровцы будут экипированы очками ночного зрения, но Анатолий пояснил, что «носить такое – это разве что для прикола».
- Во-первых, очки очкам рознь. Тепловые преобразователи не пригодны под землей, потому что в пещере все практически одной температуры. А фиговины на фотоуловителях и вовсе бесполезны, так как улавливать там нечего: ни света звезд, ни отблеска естественных источников света. А во-вторых, шею можно свернуть в ближайшей яме, потому что в очках угол обзора маленький. Так что передвигаться с фонариком на батарейках – это самый оптимальный вариант, ничего лучше этого еще не придумали.
- А если мы кого встретим в темноте? Я имею в виду людей из «Прозерпины». Фонари способны выдать наше присутствие.
