- Пусть порезвятся, - добродушно сказал Демидов-Ланской. Он встал недалеко от машины в скудном тенечке от кривого дерева и с хрустом потянулся.
- Незнакомая местность… - начала Пат беспокойно.
- Я прослежу, - коротко бросила ей Чебышева и решительно зашагала вперед, увязая по щиколотку в песке.
- Йо-ху-у! – заорал с верхотуры Кирилл. – Здесь потрясающе! Лиля, иди сюда!
- Не пойму, кто из них двоих большее дитё, - пробормотала Пат, взирая против солнца на скачущие по дюнам фигуры Мухина и Аделин.
- Если Кира прессовать, он будет хуже соображать, - сказал ей Демидов-Ланской. – Непосредственность поведения и креативность идей у него тесно связаны, и в этом наша главная проблема. Его нужно вести по тонкому лезвию, если хочешь получить максимальную отдачу. Однако я ему немного завидую. Хотелось бы и мне в его годы обладать таким заводным характером и легкостью на подъем.
- Какое счастье, что ты не такой! – вырвалось у Пат.
Демидов-Ланской взглянул на нее, выгнув бровь.
Сообразив, что только что обратилась к своему заместителю излишне фамильярно, Пат прикусила язык.
- Простите, Ваня, - произнесла она спустя несколько напряженных, как ей показалось,
Радмир уже доставал из багажника баул с напитками и едой. У заднего колеса были сложены полиуретановые коврики из палаток и тент в брезентовой упаковке. Иван, ни слова не говоря, подхватил тент и стал подыскивать для него подходящее местечко.
Пока мужчины занимались обустройством стоянки, а Пат раскладывала снедь, Мила тоже изъявила желание поглазеть на океанские волны. Непростой подъем на солнцепеке отнял у нее силы, но вид, открывшийся с гребня, все окупил. С одной стороны перед ней пенился Индийский океан. Чуть впереди и слева лежала цепь лагун, поражающих разнообразием расцветок от аквамариновых глубин до золотисто-салатовых мелких лужиц. А когда она развернулась лицом к машинам, то увидела еще один океан, зеленый: это покатые холмы Имерины, окутанные дымкой испарений, плавно убегали за горизонт.
Панорама была по-настоящему волшебной, и у девушки захватило дух. Мила даже не заметила, как к ней прискакал с соседней дюны Кирилл.
- Это канал Пангалан (*), - он махнул в сторону цепочки лагун.
Мила обернулась, теряя равновесие на сыпучей гряде. Мухин поддержал ее за локоть, не давая постыдно съехать вниз на пятой точке.
- Ой! Спасибо, - Москалева смутилась. – Так этот канал кто-то выкопал?
- Не совсем. Лагуны – естественные образования. Однако дующие с океана пассаты постоянно меняют ландшафт и двигают их в глубь острова. И только узкие перешейки, которые называются пангаланами, придают устойчивости подвижному пейзажу. Но лагуны удобны в качестве транспортных артерий, особенно тут, где практически нет дорог. Это признают все, и местные племена все время пытаются соединять их в единое целое, прокапывая между отдельными частями широкие канавы. Эти канавы, разумеется, то и дело зарастают, и каждый год приходится их чистить.
- Почему бы правительству не взвалить на себя это неблагодарное дело?
- Так и произошло. «Проклятые колонизаторы» создали вдоль побережья нормальный водный путь, который связал разрозненные поселки между собой и позволил плавать по ним транспортным кораблям с выходом в океан. Но ныне, без должного ухода, канал вновь местами заплыл песком. Видишь, здесь он уже превратился в отдельные озера.
