В ожидании Громов прохаживался вдоль склада, поглядывая на океан. Где-то там, за невидимой границей, в тумане рыскало судно с де Трейси на борту, и Юра очень хотел знать, что же такого натворил Тимур, из-за чего они угодили в подобие защитного кокона? Однажды он уже побывал пленником сломанного артефакта в Антарктиде и повторения ситуации, если честно, не хотел.
За спиной послышались шаги. Они прозвучали внезапно и близко, поскольку отдаленные звуки относил завывающий ветер и скрадывал птичий гомон. Юра вышел из-за стены и увидел, как Тим энергично спрыгивает с последних ступеней лестницы. Заметив Громова, он махнул ему рукой.
- Прости, задержался чуток. Не замерз?
- Нет. Я на холод не жалуюсь.
Борецкий поежился:
- Промозгло тут: ни зимы конкретной, ни осени – межвременье какое-то. Я такого не люблю.
- Все в порядке? – спросил Юра, замечая, как его товарищ непривычно кутает шею в шарф, защищаясь от резких порывов. – Ты какой-то въерошенный.
- Да нет, все хорошо. Просто осматривался, чтобы нас никто не потревожил.
- Может, зайдем в ангар? Там теплей и скамейки должны быть.
- А не заперто?
- Тут не запирают, слава богу. И если никто не придет…
- Никто, - подтвердил Тимур, - я позаботился.
Они открыли дверь в техническое помещение и оказались в небольшой каморке, где у узкого окна, забранного ставней, стоял стол и несколько пластиковых стульев. Пока Тим разбирался со ставней, Громов разыскал регулятор на батарее и включил отопление на максимум.
- Минут пять, и все нагреется.
- Это хорошо! – одобрил Борецкий. – Не стоит тратить жизненные силы на обогрев, пусть печка работает. Ну, я начну?
Юра уселся на ледяной стул, зажав костыль между колен:
- Начинай.
Тим в нескольких фразах поведал ему про Акила и пурбу. Говорил он сухо, чисто для справки, а Юра слушал и смотрел в окно, где скалы-Гиганты тянулись к серому небу. На их верхушках в глубоких трещинах лежал нетающий лед.
«Антарктида меняет всех, - думал он. – Вот и Тимура она тоже изменила».
- Значит, смотри, что мы имеем, мой друг, - продолжал говорить Борецкий. – Опишу тебе это так, как вижу сам, без лишних заумствований. «Солнечный нож» работает с праной. Если предмет, человека или группу вырезать из потоков праны, а потом с помощью этого же Ножа запаять все обрезанные каналы заново, но сообразно поставленной задаче, объекты впишутся в новый мир идеально. Но есть нюанс.
- Как же, у нас – да без нюанса, - пробормотал Юра.
- Вот-вот. Если делать это много раз, каждый день, а то и по несколько раз на дню, то в один прекрасный момент наступает такое состояние, когда больше ничего в этот истерзанный каркас уже не впишешь. Пространство внутри становится переполненным. Не весь мир, конечно, а его маленький участок – такой, как наш архипелаг, например. Энергетические каналы превращаются в перепутанный клубок, и проникнуть сквозь их завесу сторонние предметы больше не могут. Или могут, но с огромными затратами и непредсказуемым финалом, понимаешь расклад?
- Зачем ты это сделал? – спросил Громов.
- По двум причинам. Во-первых, чтобы сюда не заявились лишние люди и нелюди. Я имею в виду Белого Сахира и того, кому он служит.
- Доберкура?
- Нет. Я именую его «Лавкрафтом». Он обитает на параллельном Крозе. Его и его приспешников там заперли в незапамятные времена. Этот архипелаг для них что-то вроде военной базы.
- То самое «зло, спящее во льдах».
- Как бы да. Нам все-таки придется «Лавкрафта» зацепить и вытащить на свет, чтобы надолго отбить ему охоту соваться к нам. Увы, без этого уже не обойтись, просто замять дело не получится. Предстоит знатная заварушка. Урок нужно преподать не только «Лавкрафту», но и всем его служителям.
Тим немного помолчал, ожидая новых вопросов, но Юра не спрашивал.
- Я отослал Вещему Лису послание, - продолжил он. – У него несколько вариантов, потому что было несколько попыток, не знаю, какое именно дойдет, но очень надеюсь, что Лис разберется и проинструктирует Патрисию Ласаль, которая отвечает за ту часть плана, что связана с Иремельским Граалем. «Лавкрафт» надеется ворваться к нам через канал, установленный между параллельными мирами, превратив его в коридор с тремя дверями. Мы ему немного подыграем, но в конце все сделаем по-своему.
- Как мы будем согласовываться с Патрисией? – спросил наконец Юра. – Они же где-то там, а мы здесь. Неужели через Зеркало?
- Полагаю, мой друг, этот пункт зависит от тебя и твоей партнерши с
- А мы найдем?
- Найдете. Людмила работает под контролем Патрисии Ласаль и твоего друга Володи Грача. Завтра Элен потребует возобновить опыты с зазеркальем, и вы познакомитесь.
- Людмила Сперанская – падчерица Элен, ты это знаешь?
- Мила – хорошая девушка и не имеет отношения к этим заговорщикам. Она их жертва, а не последовательница, так что ты с ней можешь быть откровенен.
- Ты говоришь о ней так, будто знаешь лично.
