В деревню мы вошли через пятиметровые крепостные ворота, оставленные в сплошной оборонительной стене. Прежде их запирали тяжеленным каменным диском, который могли сдвинуть с места только сорок крепких мужчин. Несмотря на сложности, проход перекрывали еженощно, но в наши дни процедура, конечно, выглядела слишком хлопотной. Каменный диск давно стоял невостребованным у полуобвалившейся стены, покрытый многочисленными трещинами-шрамами.
В Амбухиманге, в древнем сакральном центре, где на протяжении тысячелетия проводились закрытые религиозные церемонии, я услышал тщательно оберегаемую тайну, которую местный жрец-прорицатель Мписикиди сообщил мне «по воле богов». Он толкнул целую речь и выглядел при этом очень важным.
- Знай, чужеземец, - сказал он торжественно, - ты не просто так допущен в святая святых. Тебя ведет звезда, упавшая с «Крыши бога» на твое чело и возложившая на твои плечи великую миссию. Дух великого Андрианаманитры, создателя всего сущего, что дал людям обычаи и научил вершить справедливый суд, повелел мне просветить тебя и даровать защиту. Ты – Длань Бога, Язык Бога и Проводник Бога, и все иные люди обязаны прислушиваться к тебе. Если ты поведешь их за собой, то они должны идти, повинуясь. Дело твое определено твоим нутром и сутью, хотя и будешь ты роптать, отрицать и гневиться за это. Однако судьбу не выбирают, ее принимают и следуют ей. Поэтому вот тебе наказ: будут тебе мешать – борись с ними, будут осуждать – не слушай их, будут гнать – прячься от них, а будут преследовать – убегай! Хитрые духи вазимба неизменно ополчатся на тебя, ибо ты узнаешь их секрет, но ты не должен бояться. Опознай вазимба, притворившегося другом, и прогони его. Не принимай от него даров, не делись с ним ни кровом, ни рисом, ни памятью, и тогда ты неизменно выйдешь из всех испытаний победителем.
- А кто такие вазимба? – спросил я.
- Это твои противники, которые захотят отобрать у тебя все, что будет тебе важно и дорого. Я не могу видеть их лиц, потому что вазимба невидимы.
- Как же я узнаю их? – с веселым смешком продолжал я расспросы.
Конечно, я не верил в то, что сообщал мне пророк. Карьера моя после того, как между нашим «Московским офисом» и Институтом перспективных исследований в Антананариву был заключен договор о сотрудничестве, пошла в гору. Я возглавил «лингвистическую лабораторию» по изучению истории мальгашских диалектов и смело смотрел в будущее. Завистники, может, и были, но вряд ли с ними дойдет до рукопашной. Так что завет жреца «будут гнать – прячься, будут преследовать – убегай» вряд ли я смогу когда-либо исполнить. Что же касается мистической стороны дела, то я, как советский человек, не верил в мистику и «злых духов».
На мои сомнения Мписикиди ответил так:
- Вазимба невидимы лишь для таких как мы, но для таких как ты они обретают плоть и кровь. Сейчас ты не подозреваешь, что ждет тебя завтра, но это незнание не оправдает тебя, если срок испытаний придет, а ты не будешь готов.
Короче, незнание закона не освобождает от ответственности. К этой истине рано или поздно, видать, приходят все культуры. Я решил не ссориться со жрецом и завершить визит на умиротворяющей ноте взаимопонимания.
- Знание – это сила, - процитировал я знаменитое высказывание Бэкона. – Обещаю, что не пожалею сил и времени, чтобы узнать о вазимба и других культурных особенностях вашего народа как можно больше.
Мне казалось, что этот компромисс устроит жреца, но тот покачал седой головой и, наклонившись ко мне так, что наши лбы почти соприкоснулись, прошептал:
- Не верь, чужеземец, нашим культурным мифам. Тем более не верь тому, что будут говорить тебе о вазимба другие. Непросвещенные люди глупо повторяют вслед за авторитетами, пожелавшими им соврать. Авторитеты говорят, будто вазимба – чернорожие карлики, волосатые и грубые, но это неправда. Вазимба всегда были светлокожими и высокими людьми, и это их немногочисленных потомков, сохранивших в себе родовые черты, мы зовем «фоци» («свободные жители, аристократы»).
- Очень любопытно, - пробормотал я в ответ таким же громким шепотом, каким общался со мной жрец.
- Мне радостно слышать, что ты серьезно отнесся к моим словам. Но слова – лишь слова. Я же хочу помочь тебе, дорогой гость…
Жрец достал из сундука шкатулку из темного дерева, поднял крышку и наклонил ее так, чтобы я увидел содержимое. Я раскрыл рот: внутри лежал… тибетский ритуальный нож пурба!
- Вот тебе мой подарок, чужеземец! Владей им по праву. С ним ты преодолеешь все препятствия на пути к Белому свету, в котором купается наш Создатель.
Я пялился на тибетский нож, гадая, как он оказался здесь, за тысячи километров от тех мест, где его изготовили. Он был старинный, это было сразу заметно, гораздо старше шкатулки, в которой лежал, но при этом отлично сохранился. Трехгранное лезвие блестело на свету как новое. Видно было, что за артефактом хорошо ухаживали.
- Благодарю за такой бесценный подарок, - произнес я хриплым голосом, - но не знаю, могу ли я его принять...
