Хоффман вбегает в одну маленькую комнатку и останавливается. Юта сидит на полу и что-то чертит. Граф подскакивает к ней, хватает за руку, прижимает к себе. Девочка удивлённо смотрит на него.
— Извини, пожалуйста, я больше не буду рисовать на полу. Правда! — прошептала Юта, хмурясь и вспоминая, что мужчина строго запретил ей чертить на паркете различные фигуры, аргументируя это тем, что пол предназначен вовсе не для этого.
Хоффман тихо смеётся, услышав эти слова, и осторожно, будто бы боясь как-то навредить, целует девочку в макушку. Рогд, вошедший в этот момент, осторожно выходит и прикрывает дверь. Ему не хочется портить такой момент сейчас. Тем более, учитывая то, что он узнал небольшую слабость своего начальника. Тем более, зная характер этого самого начальника. Георг Хоффман не оставит Рогду ни единого шанса на жизнь. Георг Хоффман просто убьёт его. Как убивал всех, кто вставал на его пути. Рогд не хочет такой судьбы для себя. И сделает всё, чтобы избежать такой плачевной участи, какая постигла многих подчинённых Хоффмана.
— Ну и что ты тут делаешь?! — слышит Рогд чей-то возмущённый голос и оборачивается.
Перед ним стоит Мердоф, его брат. Он сильно рассержен, и парень думает, что, если ему ещё хочется жить, не следует злить Мера ещё больше. Тот всегда был слишком вспыльчив и непредсказуем. Слишком. Слишком даже для человека, подобного Мердофу.
— Ничего… Так, заходил бумаги отдать, — произносит парень, на всякий случай отодвигаясь от брата.
Тот хмурится и кивает на дверь. Рогд пожимает плечами и поспешно выполняет невысказанное пожелание. Мердоф ещё несколько секунд смотрит вслед брату, потом стучится в дверь той комнаты, где находится Хоффман. Мужчина выходит оттуда и недовольно смотрит на помощника.
— Рогд что-то видел, милорд, — произносит юноша. — Мне убить его?
Граф на секунду замирает. Но его замешательство длится совсем недолго. Уже через мгновение он хохочет так, что испуганная Юта выбегает из комнаты и с непередаваемым ужасом смотрит на опекуна. Мердоф едва заметно шикает на девочку, и та стремительно исчезает за дверью. Хоффман, замечая это, перестаёт смеяться и с укором смотрит на своего помощника. Тот тихо извиняется перед графом.
— Не торопись. Ты всегда успеешь убить своего брата. Спешка ни к чему.
Мердоф кивает. Он следит за каждым движением этого человека, впитывает почти каждое его слово. За те три года парень смог усвоить, что Хоффман почти ничего не делает и не говорит без нужды. Во всяком случае, на рабочем месте.
— Ты лучше отправляйся в поместье леди Траонт. Мне интересно знать, что замышляет эта особа. И да, держи её на прицеле. Как бы не выкинула чего-то, мешающего мне.
Парень снова кивает. И граф едва заметно улыбается. Этот парнишка умел лучше, чем кто-либо другой, выполнять свою работу. А Хоффман больше всего ценил именно это качество в людях.
