— Я ведь начинал офицерскую карьеру обычным снайпером, правда, в необычном специальном подразделении тогда еще КГБ Союза. А снайпер – это все-таки не дизайнер. Он должен убивать! И я убивал тех, на кого меня выводил командир группы. Это потом я служил в ГРУ, а после ранения был переведен на пассивную по сути работу сборщика информации. Хорошо еще в разведке оставили.
Посол как-то по-особенному взглянула на подполковника.
— В вашем личном деле ничего о службе в спецподразделении КГБ нет.
— И не может быть. Впрочем, это не важно.
— Возможно. А… почему вы не обзавелись семьей? Или вам также неприятен этот вопрос?
— Скажем так, я не хотел бы на него отвечать. Хотя причина проста: в молодости не встретил такой женщины, как… но достаточно! Разрешите идти?
— Идите, конечно.
Соколовская проводила офицера долгим взглядом, в котором при желании можно было легко заметить нечто большее, чем просто симпатию к человеку, покидающему кабинет главы дипломатического представительства России в одной из арабских стран.
Гордиенко вышел во внутренний двор посольства. Увидел своего водителя и по совместительству помощника капитана СВР Юрина, позвал его:
— Паша! Подойди!
Водитель подчинился:
— Да, Анатолий Семенович?
— Мне надо поговорить, минуя наш узел связи, с одним человеком в Москве. Сканер прослушки с собой?
— Как всегда!
— Оцени обстановку!
Юрин достал из кармана прибор, закамуфлированный под портсигар. Открыл его, вынул сигарету, повернул ее в руках так, чтобы фильтр сделал оборот на 360 градусов. Уложил сигарету обратно, захлопнул портсигар, доложил:
— Все чисто, товарищ подполковник!
— Хорошо! Пройдем в машину!
Устроившись в салоне, представитель разведки извлек из внутреннего кармана легкой куртки аппарат спутниковой связи, набрал по памяти номер. Тут же услышал в динамике немного искаженный, но знакомый голос:
— Шаповалов на связи!
— Это Гордиенко из Бутара!
Аппарат замолчал. Встроенная система безопасности проводила идентификацию голосов. Выполнила задачу быстро, включив аппарат, что означало: Гордиенко действительно говорит с Шаповаловым и ни с кем другим, так же, как и генерал-лейтенант вызван именно Гордиенко. Если бы голос одного из абонентов не был узнан, система безопасности привела бы в действие самоликвидацию станций, что грозило нанесением существенного вреда подставным лицам. Но станция включилась и продолжала работу в обычном режиме импульсной связи.
— Слушаю тебя, Анатолий Семенович!
— У меня тревожная информация, товарищ генерал-лейтенант, на которую из-за данных Жарикова, сброшенных в МИД, Москва не обращает должного внимания!
— И ты решил поделиться информацией со мной?
— Так точно!
— Что ж! Хорошо! Выкладывай, что там у тебя!
Гордиенко говорил ровно три минуты. Генерал внимательно слушал. Как только подполковник закончил доклад, Шаповалов спросил:
— И МИД не среагировал на это?
— Среагировал, но не так, как надо! А может, я действительно преувеличиваю угрозу?
— Да нет, подполковник! У меня тоже есть кое-что и по Бутару, и по Абу Бару, и даже по Абделю, касающееся обозначенной тобой угрозы. Поэтому я в Москве изменю ситуацию, но на это потребуется время. Тебе вместе с сотрудниками ФСБ при посольстве, можешь прямо сослаться на мое распоряжение, надо сделать следующее. Запоминай!
Генерал говорил шесть минут. Закончив инструктаж, спросил:
— Задача ясна?
— Так точно!
— Работай!
— Посла в курс дела не вводить?
— Соколовскую?
— Да.
— Викторию Константиновну можно. Но больше пока никого, чтобы тот же Жариков не сломал мне комбинацию в МИДе. Работаешь ты, помощник и ребята из ФСБ, кто там у вас?
— Старшие лейтенанты Сычев Михаил, Верхотуров Игорь!
— Не знаю таких! Подожди минуту!
После непродолжительной паузы Шаповалов сказал:
— Пробил ребят из безопасности. Можешь работать с ними! Они немедленно получат указания на оперативное подчинение тебе. И последнее! Держи меня в курсе всего происходящего в Тайбе!
— Есть! А как быть с моим непосредственным начальником?
— Крыловым?
— Да.
— Он с сегодняшнего дня в отпуске. Его отдел передали мне, еще вопросы будут?
— Один, товарищ генерал!
— Давай! Но один!
— Существует ли вопрос, касаемый спецслужб, который вы не могли бы быстро и положительно решить?
Шаповалов ответил кратко:
— Нет! – И добавил: – Конец связи!
Гордиенко отключил станцию. Взглянул на помощника:
— Ну что?
— Ничего. По-прежнему все чисто. Пеленгатор прозевал ваш сеанс.
— Точно?
— Точнее не бывает.
— Тогда найди-ка, Паша, мне Сычева и Верхотурова. И с ними ко мне в кабинет. Сканер держать в работающем режиме! Понял?
— Так точно!
— Вперед!
Офицеры службы внешней разведки разошлись.
Спустя двадцать минут в кабинете советника посольства собрались сотрудники спецслужб, работающие в Бутаре под видом дипломатических должностных лиц.
Помощник Гордиенко, держа в руках «пачку сигарет» – сканер прослушивающих устройств, – кивнул: все в порядке. Кабинет не прослушивается ни изнутри, ни извне.
Подполковник предложил офицерам ФСБ присесть за рабочий стол, что они и сделали.
Гордиенко спросил:
