-Парни, я вам потом подробно покажу, — буркнула Катрин, пытающаяся обслюнявленным пальцем превратить бесформенные потеки под глазами в подобие боевой раскраски. — Сейчас не время фокусам учиться. Ква, я полагаю, не стоит противнику позволять подпаленное подкрепление из воды поднимать?
-Вы, миледи, как всегда мои мысли читаете, — согласился одноглазый артиллерист, пригибаясь к орудию...
"Серебро" пылал. Огонь уже охватил среднюю и кормовую часть драккара. Вокруг, в волнах, мелькали головы островитян. Вот еще одна фигура, взмахивая пылающим рукавом, неловко перевалилась за борт. С подошедшего "Овечьего хвоста" плавающим собратьям начали протягивать весла и бросать веревки. И тогда к кораблям ушла первая стрела-карро...
...Квазимодо быстро-быстро работал рычагом. Щелкали шестерни, взводя металлические дуги-плечи. Жо, стараясь действовать ловчее, вкладывал в желоб следующую стрелу. Короткий звонкий удар, и снова щелкает рычаг, взводя разящий механизм. Эвфитон бил часто — Жо было некогда отвлекаться, — начали уже вторую связку стрел. Судя по одобрительным возгласам Хенка и Вини, результат был...
...Обстрела "Овечий хвост" не выдержал. Уже вторая карро сбила обратно в воду только что выуженного обожженного моряка, при этом еще и накрепко пришпилив беднягу к одному из спасителей. Эти двое островитян мгновенно исчезли в волнах. Следующая стрела размозжила локоть гребцу, насквозь прошила борт "Овечьего хвоста" и угадила в пылающий "Серебро", взбив целый вихрь искр. "Овечий хвост" поспешно шарахнулся от погибающего собрата. Кого-то успели поднять на веревке, кто-то, обожженный и ослабевший, не удержался и выпустил протянутую лопасть весла. Оставив на воде у горящих бортов "Серебра", не менее десятка бултыхающихся островитян, "Овечий хвост" работая всеми уцелевшими веслами, устремился к злобному пришельцу — мстить, терзать, рубить в куски плюющуюся смертью гадину...
-Хватит, — пробормотал Квазимодо, поднимая голову от эвфитона. — Попрятались гады. Что наугад бить?
До летящего на всех веслах драккара оставалось метров тридцать. Высокий нос служил пиратам защитой, и кроме этого носа, обвязанной старыми овчинами, артиллеристам "Квадро" ничего не было видно.
-Стреляй, Ква! — рявкнула Катрин. — Нечего экономить.
-Эх, — одноглазый шкипер дернул спуск...
Драккар, отчетливо напоминающий черного морского змея приближался. Послышался нарастающий вой невидимых пиратов. Последняя стрела эвфитона почти в упор пронзив борт драккара, оборвала этот грозный вой. Раздались вопли боли и в следующее мгновение "Овечий хвост" врезался в пришельца...
...На ногах Жо удержался. Мелькнула мгновенная жалость при взгляде на раздробленный фальшборт, но тут на борт начали прыгать разъяренные островитяне, одновременно полетели веревки с абордажными якорями-кошками, и в голове Жо, наконец, включилось то, что наставница называла " боевым инстинктом"...
...Первый момент был не так страшен: на высоких скулах драккара возникло две фигуры, — одну свалил Вини-Пух метким "болтом", в другую Катрин метнула копье. Но на смену рухнувшим товарищам тут же вспрыгнули двое других островитян, — один, умело прикрывшись щитом, слетел на палубу катамарана живым, другому повезло меньше, но за ними прыгнули сразу трое.... Первого смельчака зарубил Хенк, следующего свалила копьем Катрин. Еще одному практически в упор всадил "болт" шкипер. Потом перед Жо возник худощавый парень в кожаной безрукавке, и убрать этого человека с едва пробившейся на щеках черной порослью, было некому...
Копье Жо держал как нужно, целился тоже как должно, — чуть правее грудины, так чтобы наконечник не застрял — руки ощутили живое сопротивление на том конце копья. Островитянин, хрипя, широко замахнулся топором, но полметра дерева и заточенного железа уже вошли его грудь рядом с сердцем, и Жо оттолкнул от себя очередного в своей четырнадцатилетней жизни "жмурика". Копье все равно застряло, — бывший кадет не стал возиться, выпустил древко, — запасного оружия хватало...
Островитяне подтянули веревками с "кошками" корабли борт к борту. Драккар и катамаран стояли почти вровень, наконец, началась настоящая резня. Соотношение сил было более чем шесть к одному не в пользу экипажа "Квадро", и катамаран захлестнула волна атакующих. Редкая цепочка защищающихся мгновенно оказалась разорванной, — Катрин, подвижная как змея и бешенная как кошка, визжа непонятные слова, вертелась на корме между сильными, но слишком медлительными пиратами. Ее барте и широкий кинжал мелькали внизу, дробя колени, взрезая животы, выпуская кишки и широко расплескивая кровь. Ни кожаные жилеты, ни слабые кольчуги, не могли устоять перед точными, не по-женски сильными уколами и ударами. Островитяне мешали друг другу, никак не успевая даже слегка зацепить сумасшедшую ведьму...
