- Вы в убежище прятались? – перебил друга Король.
Харин кивнул.
Ксандр быстро сжал друга в объятиях.
- Я рад, что ты жив, Рин, - сказал он.
- Ты здорово испугал меня, Кес, - ответил воевода. – Когда твоя голова покатилась, я… - он покачал головой. – Мы все чуть не сошли с ума.
- Я тоже, - просто ответил Ксандр. Он обвел взглядом остальных. Наткнувшись на Дримма, он нахмурился.
- Ты что здесь делаешь? – голос Короля стал неожиданно свирепым.
Дримм насмешливо поклонился, а на его лице проступило некое подобие злорадного удовлетворения.
- Спасаю вашу жену, мой Король. Пока вы исчезаете, кто-то же должен это делать, правда?
Ксандр поджал губы, но решил на этот выпад не отвечать. Взяв сына за руку, он пошел вперед. Висмут оглянулся на Терру, все еще стоявшую неподвижно, а затем потянул вторую руку к ней.
- Террочка! – пискнул он, рванув отца обратно.
Остановившись, Ксандр вновь посмотрел на жену. Терра тяжело задышала, но все же подошла к ним и взяла Висмута за протянутую к ней руку.
- Я люблю тебя, Террочка! – Висмут с обожанием посмотрел на нее и крепко сжал обе руки, даря свою непосредственную детскую ласку сразу двоим: отцу и мачехе.
Терра и Ксандр вновь посмотрели друг другу в глаза.
Пожалуй, самый твердый из кирпичиков в их стене только что перестал существовать…
***
Висмут держал их за руки еще долго: они забрали лошадей из проулка и дошли до Восьмых Ворот, где своих коней оставили Ксандр и Гарт. По дороге к тайному убежищу Ривелли Висмут сидел на коленях отца, крепко обнимая его за плечи и что-то тихо шепча. Ксандр улыбался, слушая щебетание сына, пожалуй, ему было все равно, что именно он говорит. Ему было важно, что Висмут все-таки смог себя преодолеть.
Вэл понимал чувства своего Короля. Его самого сейчас обуяла светлая грусть. Да, они живы, да теперь у них есть какое-то подобие надежды. Но их слишком мало, и они растеряны. Кому они могут доверять? Кому, кроме друг друга? Шестеро мужчин, женщина и ребенок, что они могут противопоставить целой армии, занявшей столицу?
Но они живы.
И они еще поборются, в этом Вэл не сомневался.
В одной из встретившихся им на пути деревень Дримм прозорливо купил всяческой снеди и вина. Сегодня у них праздник: праздник того, что они все живы. Вэл с нетерпением ждал рассказа Короля: ему очень хотелось узнать, что же произошло, и как рядом с ним оказался Гарт, подавший в отставку буквально за несколько часов до отбытия Ксандра на Запад.
Пока что друг отмалчивался, впрочем, Вэлу не нужны были его объяснения, он хотел услышать именно версию Ксандра. Потому что сложить два и два он мог и самостоятельно.
Терра пытается уговорить мужа не ехать. Поняв, что из этого ничего не выйдет, она панически собирается и бежит в город. Гарт подает в отставку. И через несколько дней обнаруживается рядом с чудом выжившим Королем. В том, что спасло их именно чудо, Вэл почему-то не сомневался.
Он оглянулся на Терру. Она ехала чуть в стороне от остальных, на ее лице застыло мучительное выражение. Она как будто корила себя за что-то. За что? За проявление чувств по отношению к мужу? Он вспомнил, как она отпрянула от Ксандра, услышав голос Гарта. Как будто ее застали за чем-то предосудительным, как будто она делала что-то запретное, неприличное.
Она просто погладила мужа по щеке.
Об этом стоило подумать. Но не сейчас.
Сегодня у них праздник.
Достигнув убежища, они на некоторое время разошлись, кто куда. Гарт занялся лошадьми. Ривелли, державший невидимость на протяжении всей дороги, заявил, что ему нужно немного отдохнуть, и поднялся наверх. Терра, прихватив Дримма, отправилась на кухню, чтобы попытаться что-нибудь приготовить на скорую руку. Вэла же заставили сначала таскать дрова, потом воду, затем отправили искать какую-нибудь скатерть («Теперь среди нас Король», - заявила Терра).
Ксандр, казалось, не замечает этой бытовой суеты. Обнимая сына, он сидел в гостиной вместе с Харином и слушал его рассказ о том, как они выбирались из замка. Через некоторое время к ним присоединился и Гарт, закончивший с лошадьми. Проходя мимо них по очередному поручению Терры («там, в комоде гостиной, должны быть приличные ножи и вилки, не думаю, что Ксандру подобает есть оловянными, правда?»), Вэл испытывал смутное раздражение пополам с завистью. Он тоже устал. И усталость эта была скорее моральной, чем физической. Пытаясь уловить осколки фраз Харина, Вэл надеялся, что воеводе не придет в голову упомянуть о том, что Терра потеряла ребенка, спасая принца. Пожалуй, Терра сама должна сказать об этом Королю. Наедине.
Наконец, приготовления были закончены, и Вэл с наслаждением присоединился к сидящим в гостиной, пока Дримм накрывал на стол. Терра же, неловко заламывая руки, попросила прощения за недолгое отсутствие и, кивнув Гарту, чтобы он шел за ней, вышла на улицу. Ксандр проводил ее долгим взглядом, но сидящий на коленях сын все еще занимал его больше жены.
