Я чуть не перевернулась вместе с качалкой, резко откинувшись на спинку. Черноволосая смуглянка в национальном белорском костюме кокетливо поправила длинный локон и томным мужским голосом поинтересовалась:
— Ну как?
— Ужасно, — честно призналась я, спихивая малявку и выкарабкиваясь из коварного кресла. Рест и Мрак злорадно хихикали. — И это мужской идеал? Ноги от ушей и два стенобитных орудия спереди?! Как ты с ними вообще ходить собираешься, чтобы поминутно землю не клевать?
— Во-первых, это всего лишь морок, зрительная иллюзия, можешь сквозь него потрогать. А во-вторых, — Верес развернулся ко мне спиной, — о противовесе я тоже позаботился! А серьезно, как?
Я, вздохнув, заставила себя приглядеться к пышнотелой красотке повнимательнее. Щупать, конечно, не стала, хоть и очень хотелось. Вроде бы ничего, девка как девка, однако была в ней какая-то неправильность, из-за которой лично я ни за что бы к такой подозрительной приманке не подошла. Но не вся же нежить такая осторожная, авось да сработает.
— Ну что, идешь со мной?
— Ради удовольствия поглядеть, как василиск тебя слопает? Пожалуй.
И если это поможет хоть немножко приблизить конец нашего похода.
— Тогда переодевайся.
— Чего-о-о?!
— Посмотри на себя — у тебя же такой вид, словно ты хочешь без разговоров отрубить ему голову!
— Именно это я и собираюсь сделать.
— А ты помнишь, какое условие поставил василиск?
— Но я ведь женщина!
— Издалека этого не видно. А порядочные девицы ходят в платьях и юбках. Надеюсь, ты их когда-нибудь видела?
Непорядочный оборотень, забывшись, с досадой лязгнул на него зубами. В человеческой ипостаси вышло глупо и неубедительно, вдобавок я чуть язык не откусила и, ойкнув, полезла его щупать, вызвав новый взрыв смеха. Мерзавцы бессовестные.
К моему огромному огорчению, платье у гномов нашлось, и даже нужного размера. Вот только фасончик…
— Ой, какая ты краси-и-ивая, — восхищенно протянула Вирра, поглядывая то на меня, то в зеркало, словно пытаясь найти пять отличий, как на развлекательных лубочных картинках. — Правда, Верес?
— Правда, — рассеянно отозвался рывшийся в сумке колдун, по-моему, даже не расслышав вопроса.
По мне, особой красоты в зеркале не наблюдалось. Лицо унылое, осунувшееся, под глазами усталые тени, распущенные по настоянию Вереса волосы серой фатой спускаются ниже пояса. А в белом одеянии я напоминала не жертвенную девицу, а мертвую. Только веночек на голову, свечу в руки и селян пугать — есть у них такое поверье про моровую вестницу. Дескать, кого коснется, тот на месте лапти и откинет. Не от мора, так от инфаркта.
— А я такая буду, когда вырасту? — не отставала малявка.
— Нет.
Я поглядела на огорченно вытянувшуюся мордашку и, рассмеявшись, провела гребнем по золотистым волосам. Вернее, попыталась — он намертво увяз в густых кудряшках.
— Красивее. Намного.
Мелкая просияла. Оставив ее выпутывать гребень, я прошлась по комнате. Проклятые юбки шуршали, как мышиная стая в копне сена. Которую, кстати, этот наряд больше всего и напоминал.
— Зато есть где даркан спрятать, — утешил меня Мрак. — Вон тебе и ножны заодно принесли.
Я проворчала, что лучше всего прятать его между кой-чьими ребрами, но всё-таки переодела и клинок. Совсем другое дело, выскальзывает как по маслу.
— Кожух-то мне хоть можно одеть? Или василиску одних юбок мало, надо и верх предъявить?
— Мой возьми, — расщедрился Мрак. — Вдруг огородных пугал не только вороны боятся?
— С паршивого дракона… — Я подвернула длинноватые рукава, выбросила из карманов Мраковы рукавицы и затолкала свои.
Дожидаться полуночи мы не стали. Если василиск действительно безвылазно сидит на тракте, всё равно встретимся. Ну и в случае чего можно выкрутиться, что-де просто так по ночному лесу гуляем, а девицы попозже подойдут.
Вот только сдавалось мне, что василиск не откажется и от пятидесяти двух девиц…
Во тьме лес и горы сливались воедино, и казалось, будто мы идем по дремучему бору, где стоит сбиться с тропки — и всё, можно до седин плутать. Хотя на деле, то есть по словам Тарна, ширина горной долинки не превышала полуверсты.
На подол платья налипал снег, и чем дальше, тем больше. Эдак я весь тракт подмету, а сама в снежную бабу превращусь. Рядом с горделиво вышагивающей смуглянкой я выглядела ломовой лошадью в одной упряжке с кэльпи — чернобровая мымра привидением пропускала снег сквозь передник и юбку, оставляя за собой несоразмерно большие следы.
— А василиск-то здесь действительно шастает. — Я кивнула на цепочку воинственно задравших топоры статуй. Пахло от них, как ни странно, вполне живыми гномами.
— Но не с дом же величиной! — Скептицизма, однако у Вереса резко поубавилось. — Окаменить четырех гномов может и аршинная ящерка.
— Сможешь их расколдовать?
— Сначала с василиском разберемся. И силы для боя надо поберечь, и гномам безопаснее в таком виде это дело переждать. Ты амулет не потеряла?
— Вот еще. — Я на всякий случай пощупала. Что-то не верится, чтобы тусклый слиточек на шнурке помог мне не пополнить сию галерею.
