О мужчинах она давно не думала. Ее эксперименты оказались неудачными, и она прекрасно понимала: с каждым шансом встретить хорошего человека становится все меньше и меньше. Она мечтала о совпадениях во взглядах, в чувстве юмора, она ценила надежность и порядочность, но, признаться, уже давно не верила в то, что свободных мужчин, подходящих под это описание, можно встретить. Однажды в праздничный день она наткнулась в парке на удивительную женщину, будто сохранившую в себе забытый дух хиппи: длинное платье в мелкий цветок, рыжие сапоги, тряпичная сумка с бахромой, распущенные волосы, небрежно перевязанные яркой тесемкой. Она стояла у деревянной беседки с попугаем в руках. Он, забавный и, вероятно, обученный, должен был достать клювом нужное предсказание, свернутое в трубочку и утрамбованное в маленькую коробку из-под печеньев. Верочка, отметив такую необычную женщину, скорее всего, прошла бы мимо, не будь женщина такой настойчивой. Интересно было бы ее написать!.. За символическую плату ей достался крошечный рулончик, на котором красовался диагноз: «Острая недостаточность сказочных событий в повседневной жизни. Ждите перемен». Возможно, попугай был прав, так оно и было на самом деле. Прекрасных принцев она не ждала даже в юности и потому не воспринимала слова своих подруг всерьез. Ее жизнь окончательно и бесповоротно связана с будущим сына, с его семьей и еще не рожденными детьми. Мелкие радости и небольшие открытия вполне возможны, но чудес она уже не ждала. Однако прекрасно понимала: многим удается избавиться от одиночества даже в ее зрелые годы. Ей не нравилось, когда сорокалетних женщин называли молодыми, призывали начать жизнь заново, рожать детей. Эти призывы она не разделяла: всему свое время. В двадцать нужно рожать детей и жить легко, не задумываясь о мелочах жизни, не ожидая благоустроенной квартиры и дорогого автомобиля. Вместе взрослеть, бегать по лужам, кататься с горки, познавать мир и открывать вместе с ребенком что-то новое. В сорок – она была в этом убеждена – время спокойному зрелому счастью, умению отделять зерна от плевел и радоваться тому, как взрослеют дети.
Так, конечно, думали не все. В прошлом году весь коллектив обсуждал историю сорокалетней Анны, измученной жизнью женщины. Она проработала в их отделении лет пять, всегда была скромна, аккуратна, немногословна, говорила исключительно о детях и семье, которая, несмотря на их общие с мужем усилия, с трудом сводила концы с концами. Вдруг громом среди ясного неба прозвучала весть о разводе. Как? Почему? Анна никогда не жаловалась на мужа. Все отделение банка видело, как муж Анны заезжал каждый вечер за женой, отвозил детей в школу. Скромный и приличный человек, работящий и молчаливый. Они удивительно подходили друг другу. Все женщины приняли весть молча, и только Татьяна Георгиевна не смогла сдержаться.
– Слушай, Ань, ты подумай хорошенько. Он прекрасный отец и семьянин, если все так, как видится со стороны.
– Да, так оно и есть. Но я не могу. Я никогда его не любила, не хочу притворяться перед детьми, – ничуть не сомневаясь в своей правоте, спокойно ответила женщина.
– Ты не дури, не спеши, дура-баба! Дети тебе «спасибо» не скажут, да и в нашем возрасте свою жизнь устроить будет непросто. Очередь не стоит! Вон молодые пигалицы идут в первых рядах, дальше тридцатилетние, а уж потом мы.
– Да понятно!.. – нехотя согласилась Анна.
И все-таки она поступила так, как считала правильным, хотя многие крутили у виска, не понимая эту тихоню. Чего ей, в самом деле, надо? Такие мужчины, как ее муж, на дороге не валяются! Вторым громом среди ясного неба стало известие о том, что у Анны появился возлюбленный. Или он был давно, и именно это стало причиной развода? Этого женщины поначалу не знали, но скоро стало очевидным, что Аня встречалась с женатым человеком уже не первый год. Возможно, она надеялась своим разводом подтолкнуть и его к какому-нибудь решению. Татьяна Георгиевна, ошарашенная и потрясенная, призналась, что ничего не понимает в людях. Уж кто-кто, только не Анька! И что в ней такого есть?!?
– А я-то дура, советовала ей одуматься. Боялась, что она обрекает себя на одиночество. Вот я дурында! А она-то давно в шоколаде – и муж, и любовник под боком!
– Ну что ты, Тань! Мы же не знаем, как оно есть на самом деле, – Верочка не любила таких разговоров, хотя и сама не понимала Анну. Никогда не допустила бы подобных отношений. Уж лучше быть одной, чем сделать несчастными столько людей!
