— Когда я только начинал служить при дворце, он уже был значимым человеком. Правда, служил он еще при прошлом короле.
— Значит, переворота не застал? — Левион, лишь сейчас осознавший это для себя, был удивлен. — Интересно какую сторону бы он занял? Прежнего короля, сплошь до головы тирана и приверженца традиций, или нового короля — реформатора и вольнодумца?
Клеон вновь строго посмотрел на сына, будто обвиняя его в том, что он так плохо думал об их новом короле, но в этот раз Левион даже не испытал вины. Все-таки эта фраза была не его мнением, а известной всему народу их королевства истиной: прежний и новый король были полными противоположностями, а еще они оба имели существенные недостатки.
Прокашлявшись, Клеон тяжело выдохнул и наконец-то отвернулся от окна. Вновь вспомнив свое прошлое, он задумчиво продолжил говорить:
— Тот человек умудрялся реформировать Церцию даже при правлении прошлого короля. Он открывал школы для бедных детей при храмах, ввозил новые товары из недружелюбных нам королевств и настраивал новые торговые маршруты с племенами. Думаю, он бы не стал принимать чью-то сторону, а просто продолжил бы делать то, что делал раньше.
Левион молчал, обдумывая эти слова. Он прекрасно знал историю своего отца. Выходец из бедной семьи, но имевший выдающийся талант и упорство — именно это и позволило Клеону Кастору заслужить свое положение при новом короле. При прошлом короле подобные истории были все равно что мистикой, ведь в те времена ценилась прежде всего родословная. В то же время политика нового короля отличалась тем, что для управления страной он стал активно искать таланты среди всех слоев населения.
Но что насчет отца Раифа? В Церцее он был чужаком, не имевшим ни родословной, ни даже крови этого народа. Однако по какой-то причине ему все-таки удалось завоевать все положение при дворе прошлого короля.
Внезапно из раздумий Левиона вывел громкий голос Клеона:
— Прикажи слугам подготовить комнату для твоего друга, а еще попроси кого-то из них отправить послание в его дом. Пусть его семья знает, что мы с радостью примем его у себя на одну ночь.
— Хорошо.
— А еще утром я бы хотел с ним поговорить. Пригласи его на наш семейный завтрак, хорошо?
Левион удивленно посмотрел на лицо своего отца. Тот казался совершенно спокойным и серьезным, однако в этой фразе было кое-что странное. Левион почти сразу понял, что этот приказ Клеон отдал уже ни как его отец, а как командир ордена.
— Отец, Вы заинтересованы в Раифе?
Мужчина невольно покосился в сторону окна и чуть тише ответил:
— Человек, который даже во время смятений тренируется вместо того, чтобы впадать в уныние, стоит того, чтобы его выслушали, правда?
— Выслушали?
***
В сравнении с этажами, что они уже успели преодолеть, сто шестнадцатый не казался настолько опасным.
Сердвиг, практически на животе подползший к краю отвесной скалы, осторожно приподнялся, чтобы посмотреть на то, что происходило там внизу. Обстановка вокруг него выглядела, как невероятно глубокая и просторная пещера — и тут, и там были скалы. Каменные сталактиты, свисавшие с потолка, сияли неестественным светло-голубым мерцанием. Только благодаря этому среди полумрака и можно было рассмотреть что же все-таки здесь происходило.
Между тем, внизу, куда так внимательно всматривался Сердвиг, против монстров в одиночку сражался Амир. Как ни странно, но бой один против всех — он выбрал сам. Казалось, что человекоподобные жабы, чей язык был крайне липким и очень ядовитым, нисколько не пугали его. Когда эти твари, ростом с человека, приближались к нему, Амир активировал ауру и за раз разрубал головы сразу пятерым противникам. Иногда он даже намеренно прыгал в самую гущу монстров, чтобы за раз уничтожать как можно большее их количество. И именно это казалось настолько удивительным.
Сердвиг, рассматривавший каждое движение Амира, все еще не мог понять почему настолько опытный воин не был известен в башне. Почему он предпочитал скрываться и бороться в одиночку, нежели демонстрировать свои таланты перед другими людьми. При наличии подобного таланта разве это не было глупо?
Внезапно от наблюдения за Амиром, Сердвига отвлек громкий женский голос, прозвучавший буквально над ухом:
— Подглядываешь?
Мужчина удивленно перевернулся на спину. Он был готов уже вынуть меч из ножен на поясе, как неожиданно девушка, подкравшаяся к нему, наставила свое оружие ему на горло.
Яниса, вставшая прямо над Сердвигом, действовала инстинктивно. Заметив столь быстрые движения товарища по команде, она не раздумывая подняла свой массивный меч и направила ему на горло. Получилось так, будто она хотела его зарезать, только ее оружие, к счастью или сожалению, все еще было в ножнах.
— Ты меня убить собирался? — удивленно спросила Яниса.
