— А что насчет сегодняшней драки? — Шадид снова начал неосознанно хмуриться. — По какой причине это могло случиться?
— Мальчишество, драки. Разве у тебя такого не было в прошлом?
Старший брат сразу стих, будто бы вспомнив какой-то инцидент. Виновато опустив голову, он тихо ответил:
— Было.
— Тогда не стоит переживать. Все будет хорошо.
Джана продолжала радостно улыбаться, пытаясь скрыть как тревожно ей было на душе. Между тем Шадид, пусть и не улыбаясь, также старался скрыть свое волнение.
Джана, таявшая от усталости прямо на глазах, прислонилась головой к груди Шадида и легко приобняла его. Казалось, будто она хотела приободрить, но из-за медлительности всех ее движений это скорее выглядело так, будто она пыталась на кого-то опереться.
Шадид же, чуть крепче прижав ее к себе одной рукой, другой потрепал по волосам. Смотря на темную макушку сестры, которая все еще была намного младше, ниже и слабее его, юноша обреченно подумал:
— Левион, твой друг еще здесь?
Услышав настолько твердый и серьезный голос за своей спиной, Левион удивленно вздрогнул. Несмотря на то, что подошедший к нему человек, был намного выше и тяжелее любого среднестатистического мужчины, передвигался он на удивление тихо. Левиону никогда не удавалось заметить его приближения.
Обернувшись, рыжеволосый мальчишка широко и даже как-то нервно улыбнулся. Как и ожидалось, позади себя он увидел отца — двухметрового, крепкого, словно скала, капитана рыцарского ордена. В отличие от своего обычного внешнего вида, сейчас Клеон Кастор не носил ни лат, ни оружия на поясе. Он был одет в легкую шелковую накидку, скрывавшую его торс в эту ужасную знойную жару, и темные хлопковые штаны.
На мгновение отведя взгляд к окну, находившемуся рядом, Левион посмотрел в сторону улицы. Там в уже густой ночной темноте, продолжал тренироваться Раиф. Издалека не было видно ни его лица, ни меча, но очертания постоянно двигавшегося тела все равно можно было заметить.
— Кажется, что-то случилось в академии, — полушепотом ответил Левион.
По лицу мальчика было видно, что он тоже переживал. Еще никогда прежде Раиф не выглядел настолько отчаянно и яростно одновременно. Даже его тренировка в подобное время казалась полным безумием, но никто не мог и уже просто не пытался его остановить.
Клеон, подойдя к окну, и сам напряженно посмотрел в сторону улицы. С Раифом, который являлся, пожалуй, единственным другом его сына, он практически не был знаком. Лишь изредка они встречали друг друга, вежливо здоровались и также молча расходились.
— И как это связано с тем, что он до сих пор тренируется на улице?
— Думаю, — Левион виновато улыбнулся, — ему стыдно возвращаться домой и показываться на глазах у своего брата. Все-таки неприятности в академии доставили проблемы не только ему, но и всей его семье.
— Он настолько уважает своего брата?
— Старший брат ему отца заменил. Взял на себя все бремя за семью, воспитал их с сестрой. Конечно, это не значит, что их отношения идеальны, но Раиф все-таки уважает его.
Клеон многозначительно посмотрел на своего сына. Пусть его лицо обычно и не было особенно эмоциональным, однако в этот момент, по одним лишь приподнятым бровям, стало понятно, о чем он думал.
— Кое-кому стоило бы брать с него пример, — строго сказал Клеон.
— Я не виноват в том, что мои браться сплошь безумцы.
Мужчина недовольно нахмурился, а его сын, осознав, что он все-таки сказал лишнее, сразу прокашлялся и отвернулся. Напряженная тишина, повисшая между ними, заставила Клеона вновь посмотреть на улицу и подумать о ребенке, который все еще тренировался там один.
— А что с его отцом?
— Ты забыл? Он сбежал в башню.
— Не забыл, но разве до сих пор неизвестно что с ним?
— Нет, никаких вестей. — Левион лишь устало пожал плечами. — Учитывая то, сколько времени прошло, наверняка умер уже. Ни Раиф, ни кто-либо еще из их семьи, не надеется на его возвращение.
— Жаль. — Эта фраза была сказана безэмоционально, будто бы в ней и не было никакого смысла. Но Левион, хорошо понимавший своего отца, знал, что просто так подобные фразы в их семье не произносились.
— Почему? — недоверчиво спросил Левион. — Вы были знакомы?
Клеон задумался, будто вспоминая события далекого прошлого.
