Дверь хлопнула, а я медленно сползла на пол. Повторить? Я даже не верю, что мне удалось это!
Скорость – неплохой способ расслабиться.
Узкий корпус автомобиля казался каплей ртути, рассекающей пространство. Трасса над ущельем, смертельная для людей, именно потому здесь их не бывает. И он может ускоряться и ускоряться, выжимая педаль и до упора укладывая стрелку спидометра.
Самое удивительное, что чем выше становилась скорость, тем яснее разум.
Дагервуд думал.
Вспоминал, анализировал, сопоставлял.
Что-то происходило. Он ощущал тонкие вибрации миров, но откуда они исходили? Дагервуду казалось, что он упускает что-то важное, хотя никаких оснований для беспокойства не было. Наблюдатели при домах линкхе по-прежнему сообщали лишь о мелких склоках, превышениях полномочий и прочих нарушениях Закона. В южной части города убита группа молодых людей – порезвились низшие. Все уже задержаны и отправлены на каменоломни.
В одном из человеческих домов удовольствий одна высшая выпила сексуальную энергию почти всех посетителей. Хандэра неисправима, сколько раз ее наказывали за это? Но девушка принадлежала к Дому Лунного Лотоса, и вступать в открытый конфликт с ними Дагервуд не хотел. Лунные всегда были сильны, третья ветвь после королевской. Они питались снами и чувственными наслаждениями. Хандэра нарушила Закон в третий раз за год, и он лично отправился за ней. Но вот вопрос, что делать с наследницей Дома? Снова лишить выхода в Терру?
Порше взревел на очередном повороте и вылетел на проспект. Дом удовольствий оказался респектабельным, даже роскошным. Дагервуд скрипнул зубами, заглушая мотор, хлопнул дверцей. Накинул флер, не желая, чтобы люди его видели. Вдоль здания уже протянулась тонкая серебристая линия, а в воздухе над крышей темнел распахнутый глаз – знак Лиги. Значит, пожиратели уже оцепили место преступления.
Хандэра сидела на высоком барном стуле, болтала ногами и вовсе не казалась раскаявшейся. Откровенно говоря, она выглядела довольной и до омерзения сытой. Ну и еще потрясающе красивой, как и все Лунные. Светлые волосы шелковой волной стекали на спину, синие глаза могли бы посрамить насыщенные краски морских глубин. Девушка просто светилась от жизненной силы, что успела выпить, ее кожа слабо мерцала, а тело в серебристой ткани платья казалось текучим, мягким.
– Ах, – томно и насмешливо протянула Лунная. – Влад Дагервуд. Сам Вершитель явился, какая честь!
Она облизала соломинку из коктейля, что потягивала с соблазнительно-порочным видом. Влад поморщился. Фэллан уже был здесь, Инис, конечно, тоже, как и положено Тени.
– Три десятка человек, – процедил Фэл, глядя на Влада и старательно игнорируя Хандэру. – Двое мертвы, трое под вопросом… Сердца не выдержали.
– Они умерли счастливыми, – рассмеялась девушка. – Кстати, волчонок, если ты сильно попросишь, я и тебя научу некоторым трюкам. Или ты любишь лишь свою Тень?
Фэллан оскалился, показывая клыки, Хандэра снова рассмеялась. Инис положил ладонь на плечо друга, и тот мгновенно успокоился. Девушка фыркнула презрительно и снова перевела взгляд на Дагервуда.
– Закон нарушен, – сухо констатировал Дагервуд. – Наказание – год изоляции по исчислению Энфирии. Забирайте ее.
Синие глаза Хандэры потемнели. Она швырнула бокал в сторону, тонкое стекло брызнуло осколками. Вскочила. Плечи девушки согнулись, тонкая ткань платья треснула на спине, выпуская пока еще не крылья, а лишь остов.
Фэллан сверкнул глазами и незаметно вытащил тугой медный комок. Инис сделал то же самое. Остальные пожиратели медленно переместились, окружая лунную. Но на них она не смотрела, взгляд горящих синим огнем глаз был обращен лишь на вершителя.
– Люди – наш корм, – резко сказала она, наклоняясь вперед. За спиной медленно, но неотвратимо расправлялись крылья – перепончатые, с ядовитыми шипами. Ногти и глаза девушки потемнели, волосы вспыхнули багрянцем. Лунные могли вызывать не только наслаждение, но и кошмары, а любили и то, и другое одинаково.
– Так было изначально! – прошипела Хандэра, делая шаг к Дагервуду. – Так было правильно! Они лишь животные, созданные по образу и подобию линкхов, чтобы нам было интереснее! Ты и твой Закон – насмешка над нашей расой!
– Но вы вынуждены подчиняться ему, – равнодушно протянул Дагервуд. – И пока это так, ты будешь наказана каждый раз, преступая Закон. И если не прекратишь, то однажды, – он наклонился, всматриваясь в кошмарное и красивое лицо, – я убью тебя, Хандэра.
Она бросилась на Вершителя одновременно с медной сетью, выкинутой Фэлланом и Инисом. Зашипела вновь, ощутив прикосновение проклятого металла, разъяренно дернулась, пытаясь выбраться. Кожистые крылья неистово бились в попытке разорвать медь, и пожиратели благоразумно не стали приближаться, опасаясь ядовитых шипов.
– Наступит ночь, когда гнилой глаз Лиги закроется навсегда! – яростно выкрикнула Хандэра. – А на твоей могиле вырастут папоротники, Влад Дагервуд! Лига смотрит, но не видит! Лига ослепнет навечно! Запомни мои слова! И этот день совсем близко!
