– Боюсь, для меня это слишком сложно, – призналась леди Мэри.
– Прошу прощения. Я изъясняюсь чересчур книжным языком.
– Вы имеете в виду, что современной молодежи не хватает сдержанности? Иногда это меня беспокоит.
– Нет-нет, я подразумевал совсем не то. По-моему, недостаток сдержанности в целом идет на пользу. Полагаю, вы думаете о мисс… э-э… Эгг?
– Лучше зовите ее просто Эгг, – улыбнулась леди Мэри.
– Благодарю вас. Действительно, «мисс Яйцо» звучит как-то нелепо.
– Эгг очень импульсивна, и, если она что-то задумала, ее ничего не остановит. Как я уже говорила, мне не нравится, что Эгг вмешивается в эту историю, но она не желает меня слушать.
«Любопытно, – с улыбкой подумал мистер Саттерсвейт, – понимает ли она, что интерес Эгг к преступлению всего лишь новый вариант очень старой игры – женской охоты за мужчиной? Вряд ли – такая мысль ее ужаснула бы».
– Эгг говорит, что мистера Бэббингтона тоже отравили. Вы думаете, это правда, мистер Саттерсвейт? Или это одно из ее огульных утверждений?
– Мы все узнаем после эксгумации.
– Значит, будет эксгумация? – Леди Мэри поежилась. – Как ужасно для бедной миссис Бэббингтон! Не могу вообразить ничего более страшного для любой женщины.
– Полагаю, вы достаточно хорошо знали Бэббингтонов, леди Мэри?
– Да, они были нашими близкими друзьями.
– Вам известен кто-нибудь, кто мог затаить злобу на викария?
– Конечно нет.
– Он никогда не упоминал о таком человеке?
– Нет.
– А с женой он жил дружно?
– Они были превосходной парой – находили счастье друг в друге и в своих детях. Конечно, они очень нуждались, и мистер Бэббингтон страдал ревматическим артритом. Но это были их единственные неприятности.
– А Оливер Мэндерс ладил с викарием?
– Ну… – леди Мэри заколебалась, – не слишком хорошо. Бэббингтоны жалели Оливера, и он часто приходил к ним на каникулах играть с их мальчиками, хотя вряд ли они особенно дружили. Оливер не пользовался особой популярностью – он слишком хвастался деньгами, сладостями, которые носил в школу, лондонскими развлечениями. Мальчики такого не прощают.
– Но позже – когда он повзрослел?
– Не думаю, что Оливер часто виделся с семьей викария. Однажды – года два назад – он был очень груб с мистером Бэббингтоном здесь, у меня дома.
– Что именно произошло?
– Оливер начал нападать на христианство. Мистер Бэббингтон был с ним очень терпелив и вежлив, но, казалось, Оливера это только подзадоривало. «Вы, религиозные люди, нос воротите, потому что мои родители не были женаты, – заявил он. – Наверняка вы называете меня «дитя греха». А меня восхищают люди, которые имеют мужество отстаивать свои убеждения и не заботятся о том, что думают ханжи и церковники». Мистер Бэббингтон промолчал, но Оливер не унимался. «Вам нечего сказать? Религия и суеверия ввергли мир в хаос. Я с удовольствием стер бы все церкви с лица земли». – «И духовенство тоже?» – улыбаясь, спросил мистер Бэббингтон. Думаю, эта улыбка особенно разозлила Оливера. Ему показалось, что его не принимают всерьез. «Я ненавижу все то, что отстаивает церковь, – объявил он. – Самодовольство, безопасность и лицемерие. Поэтому охотно избавился бы от вашей ханжеской породы». Мистер Бэббингтон снова улыбнулся – у него была очень приятная улыбка – и ответил: «Мой мальчик, даже если бы ты стер с лица земли все церкви, которые существуют и проектируются, тебе все равно пришлось бы считаться с Богом».
– И как на это отреагировал молодой Мэндерс?
– Он казался обескураженным, но быстро пришел в себя и откликнулся: «Боюсь, падре, то, что я говорю, ваше поколение плохо воспринимает, считая дурным тоном!»
– Вам не нравится молодой Мэндерс, не так ли, леди Мэри?
– Мне жаль его.
– Но вы не хотели бы, чтобы он женился на Эгг?
– Конечно нет.
– Почему?
– Ну… потому что он злой и…
– Да?
– Потому что в нем есть что-то, чего я не могу понять. Что-то холодное.
Несколько секунд мистер Саттерсвейт задумчиво смотрел на нее, потом осведомился:
– А что думал о нем сэр Бартоломью Стрейндж? Он когда-нибудь упоминал его?
– Помню, сэр Бартоломью говорил, что считает молодого Мэндерса интересным объектом для изучения. По его словам, у него в лечебнице был очень похожий случай. Я заметила, что Оливер выглядит крепким и здоровым, а сэр Бартоломью пояснил: «Со здоровьем у него все в порядке, но он неосторожен и может сорваться». – Помолчав, она добавила: – Кажется, сэр Бартоломью хорошо разбирался в нервных заболеваниях?
– Коллеги ценили его очень высоко.
– Мне он нравился.
– Он когда-нибудь говорил с вами о смерти Бэббингтона?
– Нет.
– И ни разу не упоминал об этом?
– По-моему, нет.
– Конечно, вам нелегко на это ответить, так как вы недостаточно близко знали сэра Бартоломью, но вам не казалось, что его что-то беспокоит?
– Сэр Бартоломью выглядел очень веселым – как будто задумал какую-то шутку. За обедом в тот вечер он сказал, что приготовил сюрприз.
– Вот как?
По пути домой мистер Саттерсвейт размышлял об этом заявлении.
Что за сюрприз сэр Бартоломью приготовил гостям?
Был ли этот сюрприз таким уж забавным?
