– Сразу всё не выложишь, рассказывать долго буду – и не сейчас. Как-нибудь специально заеду на денёк-другой. Кваску попьём… Нет, с теми делами всё нормально пока – но интересно закручивается и ещё интереснее может закрутиться потом. И твоя голова будет не лишней, да. А пока два слова про насущное: нам нужны будут мясо и мука, овощи, молоко, масло… да, в общем, всё, что можно сожрать без фабричной обработки. Оплата деньгами, но можно придумать и кой-каким имуществом. Хорошая тентовая ткань, например, сапоги, ботинки…
– То, что я продам – пойдёт в счёт обязательных поставок – или сверх лимита?
– По идее в счёт, но ты же знаешь, как это муторно оформляют.
– Знаю, до будущего года провозятся… А ребятишек на покос и на прополку дашь?
– Это не я решаю – но спрошу обязательно.
– Кормлю от пуза.
– Не сомневаюсь.
– А то они у тебя какие-то совсем заморыши.
– Не скажи. Вон, Джедо сегодня кубов десять грунта поднял. Они только на вид мелкие…
– Ладно, теперь смотри: мне лимит в город так и так надо гнать, и я почти без свободного товара остаюсь. Вам продавать – хорошую цену не возьмёшь. Так?
– Ну… так. Да.
– Вот и остаётся, что попытаться производство нарастить, а для этого мне рабочие руки нужны. Ты видишь, я ведь не то чтобы торговался, я тебе говорю, как оно есть…
– А что ты имеешь в виду под хорошей ценой?
– Ну, ту, что я возьму на рынке в городе.
– Мы меньше заплатим, зато сами приедем и заберём. У тебя лишние руки освободятся.
– Ну, этот момент посчитаем, подумаем. Ладно, к собакам разговоры, давайте-ка я вас сейчас чем-нибудь покормлю-попою…
– Нет-нет-нет, никакого этого вашего фермерского гостеприимства! Знаю я тебя, до ночи не отпустишь. А мы, во-первых, пообедали, а во-вторых – хотим ещё несколько мест посетить. Кстати, может, подскажешь кого?
– На предмет продовольственных поставок?
– Ну конечно.
– Дай подумать…
Лимон сбоку рассматривал Илли. Та или не та? Как спросить? И надо ли спрашивать? И вообще…
– А обещал, что пялиться не будешь, – сказала Илли, не поворачиваясь.
– Что? – не понял Лимон. – Ах, это… Я не пялюсь, я задумался. Я, когда сильно думаю, ни на что не смотрю, а людям кажется…
– Ну, извини. Не думала, что могу быть ничем.
– Я не это имел в виду… – Лимон вдруг почувствовал, что краснеет. – Но тебя не поймёшь: то не смотри, то почему не смотришь… как-то так.
– Смотреть можно, но искоса.
– Хорошо, буду искоса. Вот так?
– Примерно. А это твоя мама в магазине Тай-Берчи торгует?
– Да. То есть раньше торговала.
– А теперь?
– Только в школьном буфете.
– Хорошая тётенька, она мне нравилась. Добрая.
– Да. Добрая…
Добрая она стала после того, как попыталась зарезать отца разбитой бутылкой, и её положили в госпиталь Горной стражи, и там доктор Барта сделал ей какой-то укол прямо в голову. После этого мать перестала пить, буянить, драться… но только это была уже не совсем она. Чужая тётка. И Лимон слышал, как отец судорожно плакал ночами.
– А вы с отцом вдвоём живёте?
– Вдвоём. Заметно?
– Не то чтобы сильно…
– Мама жива, и они не в разводе. Просто мама в Гиллемтаге осталась, чтобы место на работе не потерять, а папу сюда… перевели. И я с ним поехала, потому что ему одному было бы трудно.
– И давно?..
– Уже четыре года. Ещё год остался, даже чуть меньше.
– А где это – Гиллет… Гиллег…
– Гиллемтаг. На западе, на Каскадных озёрах. Большой город, большой порт. Там до сих пор корабли плавают, потому что вода чистая.
– Красиво, наверное.
– Очень. Город весь белый, а крыши синие. А песок на пляже чёрный. И много деревьев. И вообще…
– А я нигде ещё не был, – сказал Лимон. – Правда, здесь всё облазил…
– По машинам! – скомандовал тренер.
– Подожди, – сказал ему Валбон и заковылял к дому. Открыл маленькую дверцу под лестницей, просунулся туда, вернулся. В руках его была оплетенная травой бутыль.
– Слеза младенца, – со значением произнёс он и вручил бутыль тренеру.
– Компрометируешь меня в глазах молодёжи, – сказал тренер.
– А то они и не подозревают, – засмеялся Валбон. – Ладно, как освободишься – заезжай. Поговорим пристально.
– В одном расчёте были, – сказал тренер, когда машина тронулась. – Он первым номером, я вторым.
– Пулемётчики? – с придыханием спросил Лахар. Или Тимбл? Нет, кажется, Лахар.
– Ракетчики. Система «Огненный шквал», слышали?
– Даже видели, – сказал Лимон.
– Где же? – подозрительно спросил тренер.
«На заставе, – подумал Лимон, – где же ещё?»
Вслух ничего не сказал.
