Воздух был холодным и свежим. Высоко в утреннем небе чертил огромную стрелку гусиный клин. Я нервничала, мне казалось, сейчас я краем глаза увижу нечто нехорошее. Может быть, птицу на приборной доске или на капоте. Какой-нибудь знак того, что Джер собирается сообщить мне неприятную новость. Не знаю, почему я так волновалась. Может быть, потому что волноваться за Джера вошло у меня в привычку.
Я приехала раньше него, нашла свободный столик в кафе, напротив двери, и вздрагивала каждый раз, когда дверь открывалась. Он опоздал на двадцать пять минут, что было вполне в стиле Джерейнта. Я смотрела, как он, войдя, озирается, как, заметив меня, улыбается, не разжимая губ, вполне в стиле Джерейнта. Я махнула ему рукой, он подошел. На нем было пальто поверх толстовки. Я вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, насколько он исхудал. Джер заметил мой взгляд, и уголки его рта поползли вниз.
– Извини, – сказала я. Джерейнт сел напротив.
– Этот человек следит за мной? – спросил он у сахарницы.
– Какой человек? – я повернула голову, чтобы посмотреть ему через плечо.
– Не смотри, – отрезал он. – О господи.
– Никто за тобой не следит, – сказала я. – кроме официантки. Она, по-моему, выбирает имя вашему первенцу.
Джерейнт улыбнулся и откинулся на стуле, заметно расслабившись.
– Давно не виделись, – сказал он.
– Ага, – ответила я и хотела спросить, зачем он вызвал меня так срочно, но он меня перебил:
– Ну и что ты опять творишь?
– Что ты имеешь в виду?
– Пат с ума сошла. Звонила мне вчера раза три.
– Ах, Пат. – Я сняла крышку чайника, ложкой подтолкнула пакетик. – Ты будешь?
Он кивнул.
– Черный.
– Я знаю. – Я стала разливать чай. Джер следил за ритуалом, обвив пальцами чашку. Его руки казались непропорционально огромными по сравнению с узкими запястьями, и такими худыми, что проступал каждый узел. Анатомический рисунок. Никакого рентгена не надо.
– Ну, – я решила закрыть тему, – что, по ее мнению, я опять творю?
– Как обычно, – сказал Джер. – Разбиваешь ей сердце.
– Только и всего? – я хотела перевести все в шутку, но Джер не улыбнулся. Я сменила тактику.
– Ты телефон потерял?
– Что?
– Писал мне с нового номера. Меня испугали твои сообщения. Ты бы подписался.
– Я подписался.
– Только в последнем, – я улыбнулась. – Я уж подумала, за мной охотятся.
Джер так резко выпрямился, что ударился коленями об стол.
– И за тобой тоже?
– Нет, – сказала я, обеспокоенная внезапной тревогой в его голосе. – Нет, конечно. Я просто шучу.
– А-а, – он чуть покачал головой, будто отгоняя непрошеные мысли. – Я много работал. Я думал… – он резко оборвал себя. – Ладно, ничего. Правда ничего. Но да, у меня новый телефон.
– Ну и отлично. – Я помолчала. – Так зачем ты меня позвал? Испугал до полусмерти. Я всю дорогу ехала… – я оборвала себя: – Это же не из-за Пат, верно? Если она хочет со мной поговорить, пусть мне и звонит. Через тебя действовать – последнее дело.
– Она говорит, ты не отвечаешь на звонки. Думает, у тебя высвечивается, что это она.
Я пожала плечами.
– Само собой. У меня все номера высвечиваются.
– Но ты ей не перезваниваешь.
– Перезваниваю, – сказала я. – Обычно. Не всегда супермегабыстро, но перезваниваю.
– Ну, если бы ты перезванивала чуть чаще, она не заставляла бы меня писать тебе сообщения. – Он открыл свою сумку, огромную, цвета хаки, сумку-мессенджер с надписью, гласившей «Человеку свойственно ошибаться, но чтобы облажаться по полной, нужен компьютер», и стал копаться в карманах. Вытащил целую кучу флешек, прежде чем нашел нужную.
– Что там?
– Картинка. Не сохраняй себе на компьютер, просто открой файл и сразу удали.
– Что происходит?
– Может быть, и ничего. Может, это просто моя паранойя. Скорее всего.
– Ты заставил меня проделать такой путь, чтобы всучить вот это? – я помахала флешкой перед его лицом. – Когда-нибудь слышал про имейл? Почтовый сервис?
– Так безопаснее. Еще раз: не сохраняй себе на компьютер.
– Ладно, – я начинала злиться. – Вообще-то я и с первого раза поняла.
Джер скорчил рожу.
– Почему бы просто мне не рассказать?
Джерейнт вновь покачал головой.
– Так лучше. Честно. Если я тебе скажу, ты не поверишь. Просто посмотри.
– Хорошо, – я сунула флешку в карман джинсов. Эта скрытность раздражала меня, но спорить с Джером не хотелось. Так что я расспрашивала его о недавнем увлечении и тянула время, наслаждаясь чаем и слушая, как он рассказывает о системах частиц. Джер оживился. Руки спокойно держали чашку, но он весь излучал энергию. Не улыбался, но казался абсолютно счастливым, всецело сосредоточенным на происходящем. Это был дзен.
– Что? – Джер нахмурился, и я осознала, что едва заметно улыбаюсь.
– Дзен и искусство системы частиц, – сказала я и улыбнулась уже широко, ощутив знакомый прилив любви пополам с беспокойством и печалью.
Я спросила о Кате, его девушке на тот момент. У Джера никогда не было проблем с девушками. Он привлекал женщин, которые хотели спасти мужчину, хотели заботиться о нем, и меня устраивал такой расклад. Ему нужно было, чтобы за ним присматривали, а меня он так близко не подпускал.
Он пожал плечами, глядя в чашку.
– Да блин, Джер!
