— Конечно, если только мне не запретят сойти на берег. Я не знаю, как долго будет продолжаться это расследование.
— Хорошо, — сказал Мейсон, — приходите в любое время. Спросите Деллу Стрит, это моя секретарша. Я ее предупрежу, так что она вас не заставит ждать в приемной. Взгляните ко мне, и я вас познакомлю с главой детективного агентства, которое выполняет для меня кое-какую работу.
— Договорились, мистер Мейсон. Большое спасибо.
Полицейские, входившие в подсобное помещение, возвратились обратно в кабинет. Дункан захлопнул дверь, задвинул засовы и со злостью набрал на диске необходимую комбинацию. На лице его не было и следа улыбки. Сержант вынул из кармана рулон клейкой ленты, оторвал от нее два кусочка, нацарапал на них свое имя и запечатал дверь.
— Я требую, чтобы никто больше не входил туда, пока не придет судебный исполнитель, — сказал он. — Вам ясно, мистер Дункан?
— Конечно ясно, черт побери! — взорвался Дункан. — Вы опечатали мое рабочее место, да еще заявляете, что я не могу к нему приближаться. К тому же там не все в порядке. Уже сейчас я вижу, что не хватает девяти с половиной тысяч долларов. Вы ведь обещали, что произведете полную опись содержимого сейфа. Почему же вы не сделали этого?
— Потому что там слишком много разных бумаг, нам пришлось бы провозиться с ними до самого утра. Я ведь опечатал дверь, и если вы считаете, что этого мало, поставлю еще и охрану. Тогда все останется в полной сохранности. Согласны?
— Хорошо, — проворчал Дункан, догадавшись, что все равно ничего не добьется.
— Мистер Дункан, а что это за девять с половиной тысяч долларов, которые по вашим словам, должны были быть уплачены сегодня вечером? Это ведь могло послужить мотивом для убийства.
Дункан мрачно посмотрел на стоявшего в дверях кабинета Мейсона и ответил:
— Я пока воздержусь от заявлений. Давайте осмотрим стол.
— Я сделаю это сам, — сказал сержант. — Вас всех прошу держаться в стороне. — Он открыл нижний ящик стола и воскликнул: — Вот ваши девять с половиной тысяч долларов, мистер Дункан!
Тот рванулся было вперед, но рука сержанта решительно уперлась ему в грудь.
— Не торопитесь, мистер Дункан, я не хочу, чтобы вы до чего-либо дотрагивались.
Он извлек деньги из ящика и стал медленно пересчитывать банкноты. По мере того, как они ложились на стол, лицо Дункана постепенно расплывалось в улыбке. Однако когда счет перевалил за шесть тысяч, его улыбка стала увядать, а глаза с беспокойством следили за тающей пачкой в руках сержанта. Когда полицейский закончил подсчет, губы Дункана снова были плотно сжаты.
— Семь тысяч пятьсот, — объявил сержант. — Не хватает двух тысяч до той суммы, которую вы назвали, мистер Дункан.
— Вы осмотрели еще не весь стол. Может быть, что-нибудь есть в других ящиках?
— Сомневаюсь, — заметил полицейский. — Грэйб ведь сидел за столом, когда его убили. Кто-то заплатил ему большую сумму денег, и он, очевидно, просто не успел положить их в сейф.
Сержант задумался.
— Ведь он не собирался оставлять их в столе. Таким образом, тот, кто уплатил ему эти деньги, может быть последним человеком, который видел Грэйба живым. Хотел бы я знать, кто это был.
— Я не знаю, кто уплатил эти деньги, — сказал Дункан, тщательно избегая взгляда Мейсона.
— Но, наверное, догадываетесь, кто именно мог заплатить их, не так ли?
— Ничего такого, о чем я мог бы сейчас сообщить, я не знаю, — сказал Дункан. — В конце концов, это мое личное дело.
Перкинс прокашлялся, привлекая к себе внимание, и осторожно сказал:
— Когда мы только поднялись на борт и Мейсон ничего не знал об убийстве, у них с Дунканом состоялся разговор о каких-то долговых расписках. Мне кажется, что они при этом упомянули сумму в семь с половиной тысяч долларов.
Сержант резко повернулся к адвокату:
— Это вы уплатили эти деньги?
— Не думаю, чтобы мне хотелось что-нибудь добавить к уже сказанному мистером Дунканом, — небрежным тоном заявил Мейсон. — Мне кажется, что вряд ли следует смешивать семь с половиной тысяч долларов, имеющихся в наличии, с недостачей, составляющей девять с половиной тысяч.
— Вот значит как вы хотите помочь нам разобраться в фактах, — проворчал сержант.
— Понимайте это, как вам будет угодно, — спокойно ответил Мейсон.
— Но вы находились здесь, когда был обнаружен труп, — заметил сержант.
Адвокат извлек из кармана портсигар, достал оттуда сигарету, щелкнул зажигалкой, не спеша прикурил и сказал:
— Нет, господин сержант. Меня здесь не было. Я сидел в приемной. Дверь, отделяющая меня от убитого, была заперта. Более того, если считать, что я пришел сюда для уплаты семи с половиной тысяч долларов, и эта сумма действительно оказалась уплаченной, то логично было бы предположить, что таким образом мое дело было сделано и мне незачем было бы оставаться на корабле — я бы ушел. А уж если бы я убил Сэма Грэйба, чтобы завладеть чем-то, то вряд ли разумно предполагать, что я подбросил в ящик семь с половиной тысяч долларов, а после этого уселся ждать, пока труп оживет.
Сержант пристально уставился на Мейсона.
— Не нравится мне эта история, — сказал он.
