IВсе утро вода отступала, темно-зеленая,хмурая, все дальше и дальше,и высыхали камни и крабы на берегу.Чайки кричали в небе и устремлялисьв волны, на гребешках качались.Пустынный мир: вода и песок.Вода набегает и вновьотступает, и кажется, крайстоль знакомой земли вдруг появится в виде обрывау моря, к нему матросы Колумбастремились, и все им казалось: доплыли.Мятежный кошмар в другие эпохи метафорой стал.IIЧто вернется, кроме ленивой воды, которая берег зальет,затопит спокойно останками, грязью?Груз моря — тела утопших. Что праздновать человеку?Что петь? Слова, словно корни,впиваются в мозг и прорастаютцветами — земля истощается вновь.А реки гонят зловонную воду в стоячее море,и символ не правит землей — от него отказались люди.Они смотрят сухими учеными глазами на высохший грамотный мир,и налетают на пищу, и раздирают ее когтями,безжалостным клювом и поедают.IIIНадежда? Где обрести надежду?Где отыскать ее вновь?Люди обвили руками бессмертное дерево,его цветущие ветви — и тихо падают листья.IVЧто знает о любви твое воображенье, скульптор?Резец вонзается в послушный камень.Поймет ли поколение тебя?Поэт словами изумляет мир:стирает пыль со стрелок циферблата и вновь о красоте поетдля поколения, которое приходит. Опять метафора готова.И символ понят, и древний мир в руинах на ладони.Но прежде чем столетье завершится, отливприливом обернется, песок покрыв зловонною водой.
Флоренс Балл
Каникулы в Уэльсе
Чужая в этом краю,где дети лепечут на языке,который наследуешь ты,каждый вечер я отправляюськ волнам и скалам,чтобы понять прошлоеэтой земли. Ни замки,ни книги не помогли мне.Это страна огромных склепов,лошадок и сов,ожидающих ночи, —они спокойнее чаек,которых тревожат мальчишкиу старых часовен,похожих на часовых,стоящих у моря.И все же позднее в английском городея вспомню твою рыжую голову изгнанника.